Секс истории, эротические рассказы, порно рассказы

Исполнение желания

«Бойся Данайцев, дары приносящих!»

***

« — Не будьте так глупы. Мечта она и есть мечта...»

***

В полусне я отчётливо слышу слова:

— Приступить к выполнению команды? — звучит первый голос.

— Да, — подтверждает второй голос.

— Активировать протокол выполнения команды? — опять первый голос.

— Да... — слышится второй голос.

— Принято. Приступаю к выполнению программы...

Я не понимаю, про что идёт речь и кто говорит, и спокойно засыпаю, забывая это. Ну, мало ли что присниться...

***

— Не хочешь по-хорошему, будет по плохому — слышу я его голос...

... Короткий удар в живот и я, хватая воздух безумно раскрытым ртом, сгибаюсь пополам, одновременно падая на колени. Из глаз брызжут слезы, мешая мне видеть. Здоровенная рука хватает меня за волосы, накручивая их на ладонь и выворачивая голову вверх. Там вверху я вижу белое расплывающееся лицо. Я понимаю, что оно рассматривает меня, и вдруг слышу:

— Ты почему бегаешь от меня? Я не люблю, когда мои женщины так поступают. А ты — моя, я всё равно сделаю с тобой то, что хочу!

Этот голос гремит у меня в ушах, от его почти спокойного рокота веет силой и уверенностью, а я понимаю, что так оно и будет.

— Ты моя! И я хочу тебя! Сейчас!

— Нет! — ору я, в ответ, наконец продышавшись, — я не твоя... И я не хочу...

Закончить он мне не даёт. Звонкая пощёчина окрашивает щёку в алый цвет. От этого удара меня бросает вправо, но волосы, намотанные на кулак незнакомца, не дают мне упасть.

— Молчать! — почти шипит он, таща меня за волосы вверх к своему лицу, — тебе кто разрешал говорить? Теперь мне придется ещё, и наказать тебя...

— А-а-а... У-у-у... — реву я во весь голос, а его рука, чуть ослабив хватку, даёт мне упасть на колени.

— А ну-ка пососи его, — я вижу как рука, ударившая меня, расстегивает ширинку брюк.

— А-а-а... Ннн-е-т... — ещё громче ору я не в силах ничего сделать.

В мой приоткрытый от крика рот протискивается член. Именно протискивается, потому что его размер:

— Такой... Какой... Большой! Огромный! — думаю я.

Когда раздвинутый, словно домкратом рот заполняется этой твердой и упругой плотью я завыла. Новый поток слез окончательно лишает меня возможности увидеть нападавшего. Но я и так знаю кто он... В голове щелкает:

— Это сон! Опять сон! — думаю я, явственно ощущая, как растягиваются мои щёки от упругой плоти заполняющей рот и ощущая неповторимый вкус мужского органа на губах и языке. — Я сплю, сплю... Мне надо проснуться... — повторяю про себя как мантру.

Пытаюсь оттолкнуть от лица его ненавистное тело и понимаю что руки у меня связаны за спиной. Боль в запястьях, в неестественно оттянутой вниз челюсти и отсутствие воздуха. Я начинаю задыхаться...

***

И вдруг по ушам бьёт крик! Я открываю глаза, не понимая где, я и что со мной. Резко сажусь и только по прошествии нескольких секунд соображаю — я дома! Я в своей кровати. Я просто спала и видела сон. Один из многих за последнее время. Он всё время преследует меня, он домогается, но... еще ни разу он не мог меня поймать... А сегодня... Сердце стучит паровым молотом. Щеки, мокрые от слез, и я явственно ощущаю во рту противный вкус мужского члена... Хотя, если признаться, он не такой и противный, да и размер того, что оставило его — впечатляет. Самое смешное — мне страшно, но одновременно я подспудно желаю этого... Того, что он хочет со мной сделать...

Вот и сейчас я чувствую, как ломит напряженные соски, а трусики мокрой тряпочкой прижимаются к паху. Рот заполнен вязкой слюной:

— Пить! Хочу пить...

Я тяжело поднимаюсь с постели, между ног противно хлюпает. Тонкая сорочка прилипает к телу и при каждом движении трется о набухшие соски...

— Вот так... — думаю я.

Ноги не держат, подламываясь словно ватные. С трудом хватаясь за всё в поле моего зрения и словно пьяная, бреду на кухню. Каждый шаг сопровождается издевательским чмоканьем между ног.

— Мне жарко... Надо ополоснуться, — думаю я, — но не сейчас потом... Ах, как хочется пить.

Во рту сухо, будто в пустыне, появился противный привкус железа, словно я лизала металлическую балку...

С трудом тяжело дыша, доплелась до холодильника. Привалилась плечом к стене и, достав холодную бутылку минералки, припала к горлышку. Ледяная вода, разбавленная щекочущими пузырьками, скользнула по пищеводу, собираясь прохладным озером в желудке. Мне стало легче. Оторвавшись от бутылки, часто задышала, успокаивая дыхание, и снова припала к ёмкости с живительной влаги. Стало лучше. Дрожь и вялость почти прошла.

На ходу стаскивая с себя мокрые трусики и влажную, короткую ночнушку почти спокойно прошла в ванну. Бросив бельё на пол, встала под душ. Включила холодную воду. Кожу обожгло «огнём», а я стиснула зубы, что бы ни заорать. Вода вымыла из меня сон, усталость и тот непереносимый ужас, пришедший из сна. Я снова начала дрожать, теперь уже от холода. Повернула кран с горячей водой и замерла. По коже щекоча и лаская её, побежало тепло, одновременно согревая меня и даря, бодрость. Стоя под горячими струями, я задумалась: «Что со мной? Что за дурацкие сны? Или дело во мне? Я сама этого хочу? Понятно, что почти полгода у меня не было мужика... Но ведь раньше такого не было и при более длительном отсутствии секса»...

***

День оказался длинным, радовало то, что это была пятница. С трудом дождавшись пяти часов, я пулей вылетела из офиса и помчалась домой. Непонятное желание спрятаться гнало меня вперед. Прохладный почти холодный ветерок обдувал мои затянутые в капрон колготок ноги. Иногда «хитрый» ветерок, извиваясь, словно живой змей, задувал под коротенькую юбочку и мне приходилось придерживать её подол рукой. Проходя мимо магазина, я было свернула к нему, вспомнив, что в холодильнике пусто, но усиливающее с каждым шагом возбуждение погнало меня мимо.

— Домой... Надо идти домой... — стучало в мозгу.

Не произвольно ускоряя шаг, я почти бегом влетела в подъезд и вдруг остановилась, словно потеряв силы. Тяжело дыша, привалившись к холодной железной двери с громко цокнувшим замком когда, та закрылась.

— Всё! Мой дом моя крепость! — почему-то промелькнуло в голове.

Меня отпустило, и я поняла, что вся дрожу.

— Да что же это такое?! Что со мной? — вслух произнесла я, сдерживая удары сердца готового выскочить из груди.

Шаг. Ещё один. Лифт. Нажатая кнопка этажа. Щелчок замка.

— Я дома. Я в порядке. Впереди два долгих выходных дня... Опять одной... — мелькнула и пропала мысль, — зато это дом! — вслух произнесла я.

***

Только сейчас почувствовав холод, я пошла в ванну. Включила воду и, посмотрев как, горячая вода заполняет её вышла в кухню сварить кофе. Пока варила и пила ароматный напиток ванна наполнилась. Быстро раздевшись прямо в коридоре, с выдохом наслаждения, уселась в горячую воду. Та приняла меня, одарив покоем. Нежась в ванной, я незаметно для себя, похоже, задремала...

Звонок. Стук.

— Что там за стук? — билось в голове.

С трудом открыв глаза, я поняла, что стучат в дверь. Почти сразу же раздалась трель звонка. Тяжело приподнявшись и схватив полотенце, встала и, выглянув в коридор, заорала:

— Кто там?

— Это почта. Вам телеграмма, — доносится из-за дверей.

— Какая телеграмма? — тупо переспрашиваю я.

Тихий и усталый голос повторяет:

— Вам телеграмма. Пожалуйста, откройте, получите и распишитесь...

Матеря про себя всех и, вся наскоро вытираюсь полотенцем и, накинув халатик, выхожу в коридор. В дверь опять звонят.

— Иду, иду уже, — ускоряю я шаг.

Приоткрыв дверь, выглядываю. Тёмная фигура на фоне сумрака этажа. Большая сумка через плечо. В руке белеет листок.

— Давайте, — протягиваю сквозь щель руку.

— Вам надо расписаться в получение, — слышу в ответ смутно знакомый голос.

— О Господи! — со вздохом приоткрываю дверь. ..


шире, отступая назад, и протягиваю руку, — чёрт бы побрал эти дурацкие двери, открывающиеся внутрь! — проносится в голове.

Неожиданный удар по двери буквально выносит меня на середину коридора. Хватаюсь за ушибленный лоб и с ужасом вижу, как тёмная фигура проскальзывает в коридор и, захлопнув дверь, движется ко мне.

— Вы... Что... Заче... — не успеваю я закончить.

— Тсссс! — шепчет фигура, и я вижу перед глазами знакомые руки.

— Нет... — коротко вскрикиваю я пятясь.

— Молчи сучка! Я не собираюсь причинять тебе боль... Я просто хочу получить своё! — голос и интонации мне знакомы!

— Я опять сплю? — мелькает у меня... — нет, ты нереален! Тебя здесь нет! — с ужасом говорю я, фигуре пятясь назад.

— Разве? — в голосе слышится усмешка, — я похож на привидение?! — издевательским тоном продолжает он.

— Это сон! Просто сон! — отступая, я уперлась в стенку и, закрыв глаза, сползла, вниз закрывая лицо руками. — Я сейчас проснусь, а ты исчезнешь! — со страхом и надеждой шепчу я, до крови кусая губы.

Тишина. Неслышно даже дыхания, и только мои судорожные всхлипы заполняют объём коридора. Я осторожно приоткрываю глаза...

... И о, ужас! Он не исчез! Он возвышается надо мной. С интересом осматривая моё тело. Наскоро накинутый халат задрался, открывая его жадному взору мои прелести.

— Я сейчас проснусь! Здесь никого нет! — бормочу я, словно молитву снова зажмурив до рези глаза.

— Да неужели?! — голос откровенно смеётся надо мной, — смирись, девочка моя! Что должно произойти, то произойдёт! — тяжело дыша, говорит он.

Я слышу шорох материи и ощущаю знакомый запах. Мне не надо даже открывать глаза я и так знаю, что он сделал.

— Рот открой! — с придыханием в ожидание наслаждения опять звучит тот же голос.

—. .. — истерически мотаю я головой, — нет! Я не хочу! — продолжаю я.

Через секунду в мои волосы вцепилась твердокаменная ладонь. Их длины вполне хватает, что бы он уцепился и дернул голову вверх.

— Давай лапочка... Соси у папочки... — неестественно ласково шепчет он, притягивая меня к паху.

Кожа лица натянулась, сузившиеся и приоткрытые его действиями глаза уперлись в гигантский мужской орган, вздыбившийся перед лицом. Я вижу: как медленно сползает кожица с бордовой и блестящей головки, открывая её всё больше; как мощно бугрятся вены на стволе за ней; и огромную, не меньше моего кулака мошонку с огромными почти круглыми шарами яиц в ней. Она вся покрыта черными жесткими волосами и чуть пульсирует, заставляя содержимое подергиваться вверх-вниз.

— Нравится? — опять смеется он, — тут всё в твоем распоряжении. Открой ротик и начинай!

— Не... — собираюсь я возразить, и тут же сильный рывок головы вперед вгоняет этого монстра в мой рот.

Я пытаюсь кричать и оттолкнуться от его паха руками, но это всё равно, что толкать каменную глыбу... Да и можно ли кричать с кляпом во рту? Закрыть рот или укусить инородное тело во рту у меня так же не получается. sexytales Позорно не хватает сил. А он всё глубже погружается в рот, преспокойно давя на мою голову. Всё шире раздвигаются челюсти, прижатый к нижней челюсти язык буквально «расплющивает» во рту. Упругая плоть головки проникает к горлу и меня начинает выворачивать наизнанку. Я дергаюсь из стороны в сторону, словно рыба на огромном крючке — и всё без толку. Только когда я затихаю, почти теряя сознание, он отпускает меня.

Я всё ещё упираюсь в него, и действующий закон Ньютона заставляет мою голову с силой податься назад, и мой затылок встречается со стеной... Перед глазами вспыхивает сноп искр, я теряю сознание...

***

Тишина, покой... Ужасно болит голова, рот саднит, как будто в него заталкивали что-то огромное и твердое. Пытаюсь пошевелиться, но почти не могу. Неожиданно ощущаю как мне неудобно. Шея затекла, словно она заключена в жесткий ошейник. С трудом открываю глаза пытаясь осмотреться. Я явно не у себя в квартире. Получается, чуть скосить глаза. От увиденного волосы на голове «встают дыбом».

Я, согнувшись в поясе, стою или возлегаю на странном постаменте. Голова и руки зажаты сверху и снизу толстыми деревянными досками со специальными дырками в них. Кажется, эта штука называется колодкой. Живот притянут чем-то к холодной поверхности, а ноги раздвинуты на ширину плеч и зафиксированы ремнями. Одежды, даже того легонького халата, на мне нет. Попытки пошевелиться ничего не дают.

— Очухалась? — слышу я довольный и знакомый голос, — уж извини, но сама виновата...

—. .. — я задергалась и попыталась кричать, только вот рот был занят шаром с большими дырками, а удерживающий его ремешок был застегнут на затылке.

— Да не переживай ты так, — сочувственно продолжил он, — ничего страшного не произошло. Мой тебе совет: «Просто расслабься и получай удовольствие!».

Увесистый шлепок по моим обнаженным ягодицам заставил меня дёргаться. Я почувствовал, как большие и крепкие руки пробежались по спине, а потом одна из них скользнув по боку, ухватилась за сосок и потянула грудь вниз. Ужас, боль, желание, прокатившееся по телу, заставили меня дрожать. Мой мучитель, похоже, наклонился надо мной, продолжая терзать грудь и сосок, и почти в самое ухо прошептал:

— Ты сейчас так сексуально выглядишь... — и словно в подтверждение сказанного вторая рука, гладя спину, поползла к пояснице. Не задерживаясь на ней, сползла ниже. Чуть сжав ягодицу, проскользнула дальше и ухватила меня за гениталии и потянула их вниз.

Там предательски чмокнуло...

— У-у-у... — как могла громко, взвыла я.

— Нравится? — ухмыльнулся голос и рука начала хозяйничать в моей мокрой от соков промежности.

Я ещё не отошла от шока случившегося, а моё тело уже предало меня, готовясь к совокуплению с незнакомцем...

***

Знаете, что самое неприятное на приеме стоматолога?

Это когда он делает что-то у вас во рту, словно это его личный карман... Вот и сейчас... Его руки делали со мной, что хотели. Вот его большой как сосиска палец погрузился в вагину и звонко «чавкая», сделал несколько фрикций. От неожиданности я застонала и попыталась выгнуть спину:

— Не надо... — попыталась шептать я.

— Знаешь, а тут у тебя всё мокрое, — довольно констатировал он, — а это значит, что ты сама этого хочешь! — интимно прошептал он.

Его голос ассоциировался с котом, добравшимся, до дармовой сметаны и убедившегося что ему никто не мешает её съесть!

Вагина, клитор, внутренняя сторона бёдер... Ничто не осталось без внимания. Уже две сильные руки мяли, гладили, пощипывали, нежно ласкали и причиняли «сладкую» боль. Я извивалась, дергалась, стонала под его натиском.

— Ты меня хочешь? Ну, признайся, хотя бы себе! — почти кричал он.

Я пыталась сдержаться, но дрожь и постоянно растущий в животе ком возбуждения лишал меня сил. Не выдержав, заорала, яростно кивая головой:

— Да! Хочу! — хотя прозвучало это тихо и представляло набор звуков, — та-а-а... чу...

— Ну и ладьненько, пора и делом заняться!

Горячие напряженные бедра прижались сзади. Сильные руки раздвинули ягодицы и твердый, словно камень ствол члена потерся между ними. Несколько движений вперед-назад, он чуть отпрянул, а потом головка члена скользнула по гениталиям, с невероятной силой прижимаясь к мокрым и чмокающим от его движений, прямо таки горящим огнём, половым губам.

— Ух ты! — с чувством выдохнул он, — да ты вся горишь!

— А-афай! — уже сама просила я, тяжело дыша сквозь дырки шара.

Я пыталась податься вперед, чтобы возвращаясь сесть на член, но только заработала боль в плечах, упершись ими в колодку, а ложемент, к которому был, пристегну живот больно вдавился в лобок.

— Вот видишь! Ты и сама этого хочешь не меньше меня! — произнёс он, отстраняясь назад, при этом его орган скользнул по моим гениталиям, доставляя боль и желание.

— Н-ууу... — шипела я. ..


от возбуждения.

— Да! — он, похоже, хлопнул себя по лбу, — ты ведь должна быть наказана... И, кстати, — проворчал он, — а что насчет анального секса? Ты не возражаешь?

Я, конечно, возражала и даже очень. Тот орган, который я видела, скорее всего, мне всё там порвёт, что и выдала конвульсивными подергиваниями и попыткой кричать. Из которых ничего не вышло.

— Да будет так! — изрёк он и притих.

Я завыла от возмущения и горя.

— Ты тоже этого хочешь, — со смехом произнес он, втирая мне в анальное отверстие крем.

При этом его палец довольно грубо вторгался в моё сжавшееся от страха очко. Хорошо хоть он не торопился. Потратив много времени, он размял мышцы ануса, постепенно втискивая туда сначала два, а потом и три пальца. Крутя их в стороны, расширил моё многострадальную дырочку, похоже, до приличных размеров. Было больно, сердце билось в истерическом темпе, предчувствуя ещё большую боль, а в животе поселился холодок страха.

— Похоже, довольно, — объявил он, — теперь держись зубами за воздух... — пошутил он и уперся своим гигантом в колечко ануса.

Уцепившись за задницу, он навалился вперед. Нарастающая боль заставила меня сначала застонать, а потом попытаться кричать. Тело тряслось и дергалось в попытке вырваться из изощрённого капкана. Всё было тщетно. Я почувствовала, как огромный твердокаменный член постепенно погружается в меня, растягивая мою дырочку в тонкое колечко. Глаза сначала вылезли из орбит, а потом у меня хлынули слезы. С натугой пыхтя, он произнёс:

— Тебя что никто сюда не пробовал?

Что я могла ответить? А если ещё учитывать заткнутый рот...

— Ттта...

— Что да? — переспросил он, — да, пробовали, или да — нет?

— Про... повали, но ме... шим р-смером... — выла я сквозь слезы.

— Ну, это дело поправимое! Головка уже внутри!

Я и сама почувствовала как головка члена, «обдирая» кожицу, протиснулась внутрь и была зажата растянутым кольцом сфинктера.

— Классно-то как! — выдохнул он, останавливаясь и давая нам передохнуть.

Лоб покрылся крупной испариной, глаза текли тушью, смываемой слезами, напряженный до твердости доски живот — болел, а бедра и ягодицы била мелкая дрожь. Рот пересох, хотелось пить или умереть! Впечатления ещё те! Много раз слышала высказывание: «Словно посажена на кол!», теперь я ощутила его на себе.

— Продолжим! — он шлепнул меня по заднице и опять навалился вперед.

— Ох... — выдохнула я и потеряла сознание.

Похоже, именно это и спасло меня от серьёзных травм. Потеря сознания привела напряженный организм в расслабленное состояния, и мой мучитель спокойно доделал своё дело.

Очнулась я быстро, а этот гоблин уже вовсю шоркал своим хером вперёд-назад, постанывая от удовольствия и восхваляя тесноту и богатые ощущения от сего действия. Наши мнения по данному вопросу разнились, но разве меня кто-то спрашивал?

Когда он заорал и задергался, кончая в мою многострадальную попку, я опять отключилась. Пришла я в себя оттого, что меня облили водой. Некоторые капли попали в рот, и я жадно пыталась их слизать распухшим языком. Задница болела, и её саднило, я чувствовала, как по бедру медленно стекает горячая струйка.

— Хочешь пить? — спросил он.

—. .. — отчаянно закивала я головой.

— Надеюсь, ты не будешь орать? — выдал он, снимая с меня кляп.

— Ееет, — произнесла я, когда шар вытащили изо рта.

— Пей, — Сунул он мне в рот горлышко пластиковой бутылки и я, захлёбываясь и давясь, глотала благословенную жижу.

— Ещё! — попросила я, когда она закончилась.

— Попостишь, — отрезал он, — и заткнись, пока я отдыхаю, а то заклею рот скотчем...

***

— Итак... — он возник передо мной из ниоткуда, — продолжим?

— Что? — не поняла я, выходя из дрёмы, в которую погрузилась.

Это было так приятно — вот так лежать, расслабившись и чувствовать как боль, напряжение и страх покидает тебя. Голова становится легкой и пустой. Всё случившееся казалось дурным сном...

— У нас осталось ещё одно дело. Или ты забыла, что я должен тебя трахнуть ещё в одно место?

— Куда? — содрогнулась я, представляя как это: большое, твердое и горячее; опять проникает в меня, доставляя боль.

— Ах... Ну, какая я забывчивая... — с язвительными интонациями произнёс он, — девичья память...

— Нет... — прошептала я.

— Да! Да. Да-а-а... — почти пропел он, — но я обещаю, что буду ласков и предупредителен, как и всегда!

— Ласков... — меня передернуло, — да ты чуть не порвал меня надвое...

— Не изменяемая вводная, — непонятно кто ответил мне, а он исчез из поля зрения.

И почти сразу же я ощутила его жадные руки, опять ощупывающие мои прелести. Это продолжалось недолго. Я почувствовала, как в промежность уперся напряженный член.

— Поехали?! — прокомментировал он.

— Только медленно... — сдалась я, приготовившись к боли.

Давление медленно нарастало. Моё влагалище, словно маленький презерватив натягивали на огромный член.

— Оказывается, на кол можно посадить не только задницей! — мелькнуло у меня.

Потребовалась минута, чтобы он полностью погрузился в меня. Толстый и длинный он упёрся в матку, и я задрожала от возбуждения. Толстые, но ловкие пальцы нащупали клитор и стали его теребить. Неглубокие, но энергичные фрикции заставили почти исчезнувший в животе комок зашевелиться.

— Ох! — выдохнула я.

— Нравится? — поинтересовался голос.

— Давай! — выдохнула я, отдаваясь на волю мучителя.

И он дал! Сначала медленно, сдвигаясь едва ли на несколько сантиметров, а потом всё быстрее и быстрее.

Словно подчиняясь ломаному ритму сумасшедшего дирижёра он: то «врубался» в громко хлюпающую плоть, то останавливался, еле двигая своим гигантским членом в моём нутре. Меня колотило от возбуждения и боли и я, орала как бешеная, сопровождая его движения. Каждый раз, когда головка сминала матку, я дергалась как от удара тока, а тело окатывала дрожь. Его жесткие пальцы: то сжимали клитор, и я громко охала; то сдавливали ягодицы — доставляя боль; то нежно пробегались по спине — заставляя тело замирать от наслаждения.

Я не знаю, сколько это продолжалось. Первый раз я кончила буквально через пять минут! «Огненный ком» в животе взорвался и напряженный до дрожи мускулы живота завибрировали в сладких спазмах, посылая их на остальное тело. Он даже не притормозил, продолжая погружаться в меня ломаным темпом. Каждый удар бедрами о ягодицы вгонял меня в какой-то транс... Мне было хорошо, нет... Больно... Нет... приятно... Я даже не знаю, как это выразить. Моментами я готова была рыдать от восторга и через миг... уже от боли в растянутом до предела влагалище... А потом меня пронзало «вспышкой» микрооргазма от деформации матки. Всё это продолжалось и продолжалось! Второй раз я кончила, когда его палец вошел, прокручиваясь в мою попку. Потом был ещё один оргазм и ещё!

В конце концов, я ощутила себя организирующим куском мяса, предметом, который используют для удовлетворения своей похоти. Меня никто не спрашивал, а просто использовали, так как хотели...

«Секса много не бывает!», говаривала одна моя подруга.

— Бывает! Ещё как бывает! — думала я отстранёно, воспринимая то, что он со мной делал. — Может быть потом, если я не забуду это, то стану с наслаждением вспоминать его... — пришла мне в голову мысль.

И в это время он заорал:

— Кончаю! — и его затрясло в оргазме, а внутри меня словно включили брандспойт.

Горячая сперма, а что ещё это могло быть, мгновенно заполнила меня изнутри. Чмокая полезла, наружу стекая по бёдрам вниз, а он, замер, чуть подергиваясь, тяжело навалился на меня сверху.

Истома, сладкие пульсации и восторг затопили меня, и я отключилась.

***

Проснулась я в ванной в полной тишине. На грани сна и яви снова услышала голоса.

— Команда выполнена. Программа подошла к завершению, — звучит первый голос.

— Произвести выход из программного интерфейса, — слышится второй голос.

— Выполняю, — опять первый голос.

— Стойте... — это уже я.

— Отложить выполнение первой команды, — вопрошает второй голос, — проверить на наличие других желаний?

— Что? — недоумеваю я.

— Проверить на наличие других желаний и приступить к их выполнению? — бесстрастно повторяет второй голос.

— Нет... Вы кто? — кричу я, выходя из себя.

— Произведено выполнение желания... — отвечает мне второй голос.

— Как? — недоумеваю я.

— Взяты базовые характеристики желания. Желание — сексуальное. Виды действия: доминирование над объектом, завоевание объекта, проведение ряда сексуальных действий, которые желает объект. Произвести перечисление вторичных действий? — слышу я в ответ.

— Нет! — ужасаюсь я.

— Отложить сканирование на наличие других желаний. Произвести выход из программного интерфейса, — произносит второй голос.

— Кто вы. Что вы со мной сделали? — твержу я.

— Выход из программного интерфейса завершён. Программа закрыта. Система находится в режиме ожидания... — первый голос замолкает.

Я засыпаю, не зная, что когда проснусь опять, забуду этот разговор, но не то, что мне приснилось... А может быть, не приснилось?!