Секс истории, эротические рассказы, порно рассказы

Сексуальная школа

Она только надеялась, что все другие оставят ее одну на некоторое время. Она ненавидела их всех, она хотела, чтобы весь мир катился к черту.

Но ее желанию не суждено было сбыться. Когда она уходила с кладбища, пара глаз с интересом изучала ее походку. Сергей Козлов, надо признать полностью отвечал своей фамилии. Он уже планировал посещать вдову его лучшего друга и "успокаивать" ее. Он имел много опыта с носящими траур женщинами, и он знал то, что печаль делала их расслабленными и доступными. И вот, провожая взглядом молодую и здоровую женщину в сопровождении сына, он был уверен, что Людмила ляжет под него.

Пока они шли к автомобилю, Леша Никифоров испытал несколько довольно щекотливых моментов. Подобно его матери, он был опустошен смертью отца, но в то же время, он стал беспокоиться. Ведь он начинал хотеть его прекрасную молодую мать! Он старался укрывать ее от дождя, но это было трудно, и он ловил себя на том, что его руки то и дело касались ее тела в очень несоответствующих для этого местах. Несколько раз он сжал ее грудь, когда она скользила на влажной траве. И больше чем однажды ее бедра терли его пах, что делало его петуха довольно напряженным.

Наконец они достигли автомобиля, и Алексей с облегчением освободил мать от объятий. Они добрались домой в тишине. Леша отнес вещи матери наверх, и, затем, сделал ей чашку любимого чая. " Ты должна отдохнуть, мамочка", – сказал сын.

Людмила обернулась к ее сыну, чтобы поблагодарить его за его помощь и, крепко обняв, прижала к себе. "Ты потрясающий сын, Лешенька", – прошептала она. "Я знаю, что твой папа гордился бы, как хорошо ты поддерживаешь меня". Затем она поцеловала его в губы и сказала: "Ты так похож на него".

Какое – то время они провели крепко обняв друг друга. Людмила чувствовала силу любви и поддержки ее сына, ей хотелось продлить это чувство покоя и безопасности как можно дольше, поэтому она все сильнее и сильнее притягивала его к себе. Она даже не замечала, что, обняв сына, сильно прижимала бедром его орган.

Алексей же очень даже заметил это. Он не мог не заметить ее груди, прижатые к нему, насколько они прекрасны и насколько возбуждены. Самое тяжелое во всем этом было то, что ее пах находился напротив его, когда они соприкасались, то член юноши напрягался в ответном порыве. Алексей испугался, что мать заметит возбуждение, происходящее в его брюках и, сделав усилие, разомкнул объятия, оставив мать одну, ушел в свою комнату.

Как только он оказался в своей комнате, Алексей не мог больше сдерживать распирающее его штаны желание и, высвободив член, начал быстро работать рукой. Его воображение возвратилось к моменту несколькими месяцами прежде, когда он подглядел за матерью в спальне родителей. Мать не ожидала, что он окажется дома немного раньше, чем обычно, и оставила дверь комнаты приоткрытой, в то время как сама переодевалась. Теперь воображение Леши было заполнено снова видением, которое он видел в тот день: ее большие тяжелые груди, увенчанные темными коричневыми сосками, ее длинные стройные ноги, которые вели к ее паху и массе вьющихся маслянно – черных волос лобка.

Алексей вел довольно замкнутую жизнь и не знал ничего относительно секса. Он понятия не имел о том, что случался, когда мужчина и женщина, раздевшись, ложатся в кровать, так что он не представлял себя, трахающим свою мать. Вместо этого он представлял ее нагой в своих объятиях и, водя рукой вверх и вниз по стволу своего члена, думал, как приятно, должно быть, если бы это была мягкая и нежная рука его матери. По ходу увеличения сладкого напряжения, Алексей качал своего петушка все быстрее и быстрее, пока не почувствовал судорогу своих яичек. Он всхлипнул и тихо застонал, поскольку кульминационный момент наступил, и горячие капли, вырвавшись из головки, брызнули на его живот и грудь. Ему было жаль, что мать не может видеть, как он делает это. Но тогда, через стену, которая отделяла их спальни, он услышал ее плач, ему стало ужасно стыдно за эти мысли. Сергей Козлов сидел в своем автомобиле, наблюдая за входной дверью в доме Никифоровых. Он ожидал Алексея, уходящего в школу. Он стремился немного позабавиться с Людмилой, но знал, что пока мальчик дома ничего не получится. Наконец, он увидел Лешу, выходящего из двери и заспешившего вниз по улице. Сергей выждал для верности еще пару минут и, хлопнув дверцей автомобиля, направился к вдове.

Людмила сидела за кухонным столом, глядя на несъеденный завтрак. Она очень хотела, чтобы сын смог остаться сегодня с ней дома и не ходил бы в школу. Ведь он теперь стал единственным близким человеком для нее, о котором она могла заботиться. Если бы не он, она наверное поддалась бы искушению включить газ и умереть. Но она не могла бросить своего сына на произвол. Людмила думала о том, насколько мужественным он был, как он стойко перенес с ней вчерашний день и еще смог поддержать ее. Он такой хороший мальчик, думала она, сильный, и красивый и полный жизни.

Людмила подскочила, когда услышала звонок в дверь. Она закрыла глаза и задрожала в перспективе увидеть кого – нибудь сегодня. Почему они не могут уйти и оставить ее в покое? Когда она открыла дверь, она увидела Сергея, стоящего там с цветами и широко улыбающегося ей. "Привет, Сережа", – сказала она вяло.

Сергей пытался выглядеть грустным, но не смог помочь себе в этом. Когда он видел ее, улыбка восхищения распространилась по его лицу. Людмила была одета в халат, и он был уверен, что под халатом ее длинная ночная рубашка, и только затем сладкая голая плоть. Может, на ней были еще и трусики, но, конечно, никакой лифчик не будет стоять между его губами и ее сочными сосками. Это должно быть легко.

"Послушай, Люда", – сказал Сергей, – "Думаю, что я лучше побуду рядом и присмотрю за тобой в этот тяжелый для тебя момент", – произнес он с ухмылкой на лице.

"Это приятно, Сергей", – ответила Люда, – "но со мной все нормально, честное слово".

"Выглядишь ты не очень хорошо", – с казал Сергей, – "На самом деле ты выглядишь просто ужасно". Он протянул руку и коснулся ее щеки, но Людмила отстранилась. Это было именно то, что планировал Козлов, когда она отстранилась, то сделала шаг назад, и он прошел в открытую дверь квартиры, захлопнув ее за собой. "Ты что – нибудь ела сегодня?" – спросил он. "Ты немного бледна".

Людмила хотела закричать на него, чтобы он убирался, но ее учтивое воспитание не позволило это сделать. Она резко села на диван и сказала: "Я очень ценю твое участие, Сергей, но все, что мне надо сейчас, это немного побыть одной и отдохнуть от общения".

Сергей сел рядом с ней и мягко сказал: "Конечно, ты устала, девочка. Время и поддержка от людей, которые позаботятся о тебе, все вылечат. Я говорю о людях, которые любят тебя, люди, подобные мне".

Людмила была оскорблена, когда он назвал ее "девочка", но она позволила пропустить это. В конце концов, ничто больше действительно не имело значение.

Затем Сергей дружески обнял ее за плечи и сказал: "Я только хочу, чтобы ты знала, что я здесь только для тебя. Я готов помочь тебе любым способом, в котором ты нуждаешься". В это время рука его скользила по спине Людмилы. "АБСОЛЮТНО любым способом", – прошептал он ей и, резко обхватив за талию, притянул к себе.

Людмила была потрясена его действиями, и она попробовала оттолкнуть его. "Сергей! Что ты выдумал, что ты делаешь!"

"Расслабься, Людочка", – ответил он. "Я знаю, что ты нуждаешься в этом. Ты должна понимать, что молода и сексуальна, ты живая женщина. Ты знаешь, что сама хочешь, чтобы я это сделал. Иначе почему же ты позволила мне пройти внутрь?"

Людмила отбивалась, пытаясь оттолкнуть его, закричала: "Нет! Я не впускал тебя! Ты сам протиснулся!"

"Ты уверена?!", – прошептал Сергей. "Если бы ты не хотела, чтобы я вошел, почему ты открыла дверь? Почему ты отступила в сторону, пропуская меня?"

Сергей начал целовать ее в губы и шею. В то же самое время он сунул руку в ее халат и сжал ее красивую грудь. Ему нравилось это ощущение мягкости под рукой, даже через длинную ночную рубашку, которую она носила.

Людмила мотала головой, уворачиваясь от настойчивых губ Сергея. Он начинал возбуждать ее. Все это было неправильно, этого не должно происходить. Все это было сплошной ошибкой. Она не хотела. Но почему же она не останавливает его? Почему ее соски начали твердеть от сжимающей ее грудь руки?

"Пожалуйста, Сережа", – шептала она, – "не делай это. Пожалуйста, позволь мне уйти. "

"Нет, Люда", – ответил он, – "я не позволю тебе так уйти, ведь ты сама хочешь этого не меньше. "

Затем Сергей распахнул ее халат и уставился на ее прекрасную киску, которая была едва прикрыта пеньюаром. Он быстро положил руку на ее лобок, покрытый темной порослью курчавых волосков, и улыбнулся. Она, вероятно, спала полностью обнаженной и едва успела одеться, провожая сына в школу, – подумал Сергей. Она была определенно готова к "утренней разминке".

Людмила, откинувшись на диване в оцепенении, чувствовала руки Сергея, ласкающие ее живот, сжимающие ее груди и поглаживающие внутренние части ее бедер. Она захныкала и заскулила, с позором закрыв глаза, когда сильные руки мужчины, оттянув верх ночной рубашки, вытащили на свет ее нежные мягкие холмы.

Губы Сергея увлажнились, поскольку он смотрел на ее темные соски. Они были тверды, и, казалось, жить не могли без его рта. И он не собирался разочаровывать их. Зажав твердый сосок между пальцами и, немного оттянув его, Сергей прошептал: "Ты хочешь, чтобы я пососал его, облизал твою грудь языком, покусывал твои сосочки, чтобы я мял ее своими ладонями?"

Люда попробовала замотать головой, но она практически не имела контроля над своим прижатым к дивану возбужденным телом. И когда она почувствовала, что рот Сергея внезапно охватил ее затвердевший сосок, она не смогла подавить стон желания. Она закрыла глаза, так ей было легче представлять, что она со своим покойным мужем.

Хоть Козлов и был скотиной, но это не подразумевало, что он был никудышным любовником. Его квалифицированная манипуляция с грудью Людмилы, подготовила ее для дальнейшего действия. Он посасывал ее соски, одновременно гладя волосы, он понимал, что постепенно последняя капля достоинства растает, и у нее возникнет острое желание быть трахнутой им.

Сергей улыбнулся, когда он почувствовал горячее мускусное выделение из возбужденной киски Людмилы. Он знал, что она промокла, и что через несколько секунд она получит его набухшего петуха глубоко внутрь своего горячего влагалища. Медленно он приподнял основание ее длинной ночной рубашки, так, чтобы можно было иметь свободный доступ к ее киске. Это было почти то время, когда он мог взять заработанный им приз.

Людмила начала колебаться, поскольку она чувствовала ее раскрываемую киску. Она хотела, чтобы Сергей трахнул ее, но она также ненавидела его и хотела, чтобы он остановился. Она открыла глаза и видела его злой хитрый взгляд – взгляд победителя. Она чувствовала его руку на своей киске. Он раздвинул нежные губки ее киски и, выждав несколько мгновений, резко воткнул глубоко в нее средний палец руки.

"Я надеюсь, что ты любишь, когда тебя трахают грубо", – Сергей глумился. "Ну а теперь я собираюсь показать тебе, как может оттрахать киску настоящий мужчина!"

Людмила собрала последние силы и, оттолкнув его на сколько могла, закричала: "НЕЕЕЕТ!" Она в отчаянии понимала, что он не остановится и скоро загонит в нее свой торчащий член, тогда она продолжит кричать еще громче.

"ТЫ ЧТО, КОЗЕЛ, СОБИРАЕШЬСЯ ТРАХНУТЬ МОЮ МАМУ?!!!"

Сергей обернулся и увидел Алексея, держащего в заведенной для удара руке кусок водопроводной трубы. Козлову очень повезло, что он начал вставать и оступился. Алексей, нацелив свой удар ему в лоб, немного промазал. Раздался неприятный хруст и, внезапно, Сергей закричал, но крика не получилось, ведь рот был наполнен кровью и поломанными зубами. Алексей быстро замахнулся – и удар пришелся по колену. Козлов никогда еще не испытывал такой боли. Но он не успел закричать, потому что третий удар в грудь лишил его возможности наполнить воздухом легкие. Сергей стоял на четвереньках пытаясь получить хоть немного кислорода в сломанную грудную клетку. "Пиздец тебе, придурок", – произнес Алексей, собираясь опустить кусок трубы на ничем не защищенный затылок противника

"НЕТ!", – закричала на него мать.

Юноша ошеломленно остановился и с удивлением спросил: " Почему нет? Ублюдок заслуживает этого. "

"Теперь он не может причинить мне вреда, ты его покалечил. Просто вызови милицию, пусть они разберутся с этим".

Милиция допрашивала их по отдельности. Алексей рассказал, как он, сидя на подоконнике лестничной клетки с друзьями, неожиданно услышал шум из своей квартиры и, войдя в нее, увидел Козлова, пытающегося изнасиловать его мать. Схватив первое, что попалось под руку, он бросился ей на помощь. Он рассказал всю правду, как было, и его история не вызвала никаких сомнений. Для Людмилы же было немного труднее все объяснить, но она тоже рассказала чистую правду, хотя избавила свой рассказ от некоторых подробностей. Рассказав, как Сергей прошел в квартиру и потом неожиданно переключил все свое внимание на ее тело, она умолчала, как слабо было ее сопротивление происходившему, и что борьба на диване была скорее формальной, чем упорной. Мать полностью подтвердила концовку рассказа ее сына, который ворвался в последний момент и спас мать от неизбежного позора. Следователь почувствовал какие – то шероховатости и недоговорки в изложении произошедшего с ней, но не имея никаких доказательств этого и, не найдя сомнений в подлинности рассказа Алексея, удалился, увозя с собой Козлова. Той ночью Леша был самым внимательным сыном на свете. Он удостоверился, что его мать успокоилась и ей было удобно, и делал все, чтобы хоть как – то отвлечь ее от мыслей про Козлова. Но Людмила была обеспокоена и, наконец, решила рассказать все мальчику. "Мы не должны выдвигать обвинения", – сказала она вдруг. Алексей посмотрел на нее недоуменно:"Что ты подразумеваешь, мам? Этот ублюдок пытался изнасиловать тебя и если его отпустят, то я выбью ему мозги сам!"

Людмила глубоко вздохнула, и обняв его, произнесла : "Лешенька, я не хочу травмировать тебя, но ты должен знать правду. Если будет суд, то Сергей скажет, что я хотела секса с ним, и ты все неправильно истолковал. И это будет частично правдой. " – Алексей замотал головой и со слезами на глазах почти закричал: "Но, мамочка. Я слышал как ты сказала "нет" и отталкивала его. Это – насилие!"

Теперь Людмила заплакала тоже: "Мне жаль малыш, но если бы ты не пришел, я позволила бы ему войти в меня. Когда ты слышал мое "нет", то это я говорила в основном сама себе, я пыталась настроить себя не наслаждаться этим". "Мам, это то, о чем я тебе и говорю! Если ты не хотела наслаждаться.. . "

Людмила дотронулась пальцем до губ сына, призывая его остановиться. "Но я хотела этого... Смерть отца практически убила меня, если бы не ты, я вряд ли осталась бы на этом свете по своему желанию". "А какое отношение ко всему этому имеет сволочь Козлов?" Людмила опустила глаза: " Когда он начал касаться меня, то я почувствовала себя живой. Я нуждаюсь в мужчине, который покажет мне что жизнь стоит того чтобы жить. Может это и цинично говорить, что быть оттраханой – значит найти смысл существования, но это своего рода основополагающее убеждение. Я потеряла своего мужчину и мое тело требует, чтобы я нашла ему замену. Нашей семье нужен еще один мужчина, который бы разделял со мной постель каждую ночь и делал бы меня счастливой, как женщину". "Все равно это насилие", – настаивал Алексей. " Ты же знаешь, что никогда не хотела, чтобы Сергей Козлов занимался этим с тобой. Ты скорее отдалась бы беспризорной собаке, чем этому уроду! Ведь правда, мама? Он проник в наш дом без разрешения, а не ты его пригласила. Так что все равно он – козел!" Людмила почувствовала прилив нежности и любви к ее сыну. Он так ее понимал и жалел, пытаясь все объяснить по – своему. " Так ты не винишь меня сынок?" – спросила она. Алексей обнял мать за талию и сказал: "Нет никакой твоей вины в случившемся. Это не твоя ошибка, всегда помни про это, мама !" "Спасибо, сынок", – сказала Людмила, прижимаясь к сыну.

Они оба поплакали немного от счастья и облегчения, и каждый из них нуждался в заверениях любви и объятиях другого. Людмила была настолько счастлива, что казалось совершенно естественным для нее поцеловать Алексея в этот момент. Получилось, что губы сына были немного разведены в момент поцелуя, и ее язык совершенно инстинктивно скользнул внутрь его рта.

Дрожь пробежала по всему телу Алексея, когда он почувствовал, как язык матери вошел в его рот. Он знал, что это не был материнский поцелуй, а несколько больший по смыслу. Юноша надеялся, что мать сделает еще больше, но не знал как просить ее об этом. Людмила была не меньше взволнована тем, что произошло. Но что – то подсказывало ей – все абсолютно правильно. Разум говорил ей – надо остановиться и бежать из комнаты в ужасе. В то же время тело испытывало глубокую тоску по мужчине, а ее сын настолько красив и похож на отца, что она не смогла сопротивляться желанию совратить его. Алексей быстро прочитал мысли матери и, не дожидаясь, пока она попросит о чем – либо, начал со страстью целовать ее шею и как Сергей этим утром просунул руку в ее халатик. Подобно Козлову, Алексей нащупал мамину грудь и стал нежно сжимать ее, чувствуя, как соски стали крепнуть и увеличиваться в размерах. На это раз Людмила не сопротивлялась желанию, как молния пронзившему ее тело.

Когда Алексей ласкал ее грудь, она чувствовала только радость. "Оооо, малыш", – стонала она, – "продолжай ласкать меня. Мне так нравится, когда ты касаешься меня своими руками. " Алексей делал так, как она просила. Он скинул халат с ее плеч, затем взялся за пеньюар и несколько мгновений изучая тонкий материал, рванул его на две половинки, обнажая ее груди. Он накрыл каждую из них своей ладонью и, мягко сжимая, дразнил уже

совсем твердые соски, зажав их между пальцев. " О, Дааааааа!", – шептала она, тянувшись к его губам для еще одного глубокого и проникновенного поцелуя.

Алексей не мог поверить в то что происходило. Он сидел рядом с его полуголой матерью, раскрывшей свой чувственный рот для поцелуя, и играл с ее грудью. Его член затвердел как камень и был крепко зажат узкими джинсами, это прервало их волшебный поцелуй. "Я должен снять джинсы, мама", – сказал Алексей. Людмила улыбнулась в ответ: "Хорошо, никакие джинсы не должны стоять на нашем пути, сними их и трусы тоже, в кровати мы должны быть абсолютно голыми, любовь моя. "Алексей усмехнулся, когда мать использовала то имя, которым звала его в детстве. И так странно и интересно это звучала много лет спустя, когда сын и мать собирались заняться любовью.

Когда они были совершенно обнажены, Людмила притянула тело сына к себе со словами: "Иди к своей мамочке, Лешенька". Они сплелись в крепких объятиях, настолько крепких, что мальчик с восторгом ощущал твердые соски матери, упиравшиеся в его обнаженную грудь. Мать прервала их долгий поцелуй. Слегка отстранив сына, Людмила приподняла ладонями свою грудь, так, что соски были направлены прямо в лицо ее сына. "Пососи их, оближи мои соски и грудь, пожалуйста, пососи грудь своей матери, малыш", – в который раз за сегодняшний день Алексей почувствовал себя самым счастливым сыном на свете. Как и просила мама, он незамедлительно прильнул к ее груди и взял в рот ее напряженный сосочек. Людмила вздыхала и постанывала от неземного удовольствия, доставляемого тем, что ее сын целовал грудь, используя свой язык и зубы для того, чтобы дразнить твердые коронки сосков ее груди.

"О – о – о – о, ты делаешь это настолько здорово. Никто никогда не сосал их лучше, чем мой маленький мальчик!" Алексею нравилось сосать мамину грудь, и он просто умирал от счастья, делая это. Но, так как его руки в это время оставались ничем не занятыми, он решил продолжить исследование маминого тела. Он медленно переместил левую руку вниз от груди, гладя по животу. Алексей делал это медленно, чтобы мать могла его остановить в любой момент. Хотя он и был уверен, но немного сомневался, и все же был удивлен, когда не последовало никакого протеста на то, как его пальцы, преодолев покрытый волосками лобок, скользнули между губами ее киски. Алексей не мог поверить в то, насколько горячими и влажными были ее гениталии. И когда его пальцы нащупали вход внутрь ее киски, он ввел их глубоко в ее тело.

Людмила стонала от удовольствия, когда почувствовала пальцы сына в себе. И ободренный отсутствием любого противодействия происходящему, Леша начал трахать киску матери своими пальцами. Людмила приподняла голову и, радостно рассмеявшись, сказала: "О, какой непослушный у меня мальчик. Твои хитрые пальчики проникли внутрь моей киски. Я даже представить не могу, что ты захочешь сделать через минутку!" Мальчик серьезно поглядел на мать и произнес: "Я хочу трахнуть тебя, мама. Я только не знаю где ты хочешь заняться этим, тут на диване или в твоей спальне?" Людмила нежно поцеловала сына и мягко сказала: "Не здесь, я хочу, чтобы мы занялись этим в моей спальне, раньше это была кровать моя и твоего отца. Теперь она станет нашей. Твоей и моей ". Мать взяла сына за руку и сказала: "Идем, малыш, ляжем в кроватку и займемся любовью. Я хочу чтобы мы сделали приятно друг другу перед сном. " Алексей кивнул и поднялся: "Я очень хочу это сделать, мамочка. Пожалуйста, давай займемся любовью, и я буду горд и счастлив!"

Минуту спустя они были в спальне Людмилы. Она сидела на краю кровати, а между ее широко расставленными ногами стоял Алексей. Затем она взяла в руки его возбужденного малыша и начала медленно и тщательно поглаживать его.

"У тебя очень красивый пенис. Большой, толстенький, с великолепной красной головкой. Ты действительно собираешься раздвинуть проход маминой киски своим красивым пальчиком? У – у – у – у, как я мечтаю об этом. Интересно, какой длинны твой пальчик?.. Наверное сантиметров 18, и ты сможешь порадовать мою девочку, если засунешь его в меня полностью".

Алексей никак не мог прийти в себя от происходящего, завороженно он наблюдал за тем, как мать гладила подушечками пальцев головку его члена. Неужели это его мама?.. "Ну, Восемнадцать с половиной, если быть точным, мамочка", – с гордостью ответил он.

"Отличный размерчик и он все еще продолжает увеличиваться", – тихо прошептала мать. Алексей, усмехнувшись, сказал: " Уверен, что пока ты будешь ласкать его, он будет все больше и больше. "

Губы Людмилы увлажнились, поскольку она смотрела на гладкую блестящую головку пениса сына, находящуюся не более десяти сантиметров от ее лица. Потом она подняла глаза на сына и сказала: " Я знаю, что ты хочешь засунуть свой пенис в мою горячую киску, но есть кое – что еще, что я хочу сделать перед этим. Я хочу пососать твоего петушка. Пожалуйста, разреши мне попробовать какой он на вкус. Я хочу выпить твой сок, прошу, войди в мой рот!"

Задрожав от этих слов, Алексей произнес: "Я обещал, что буду делать все, о чем ты попросишь без раздумий. Но если ты хочешь чтобы я кончил в твой рот, то ты должна прекратить ласкать его пальцами и скорее разомкнуть свои нежные губки, иначе я сейчас взорвусь и забрызгаю спермой твое лицо. "

Людмила улыбнулась и сказала: "Хорошо, я конечно не хочу чтобы драгоценный напиток моего мальчика был разбрызган попусту, но, возможно, в следующий раз я захочу чтобы ты кончил именно мне в лицо. "

У Алексея перехватило дыхание, когда его член проскользнул в мамин рот сквозь влажные сладкие губы, он едва проник в горячее и глубокое горло, как сперма стала вырываться из его перевозбужденного пениса. "ООООО, БОЖЕЕЕЕ, МАМОЧКА!", – завопил он, пытаясь поглубже ввести своего дружка в мамино горло. Он поглядел вниз и увидел мамины губы, плотно обхватившие ствол его члена, она пыталась всосать его еще глубже, когда он выстреливал свои запасы в нее, – "ДА, МАМОЧКА! ГЛОТАЙ МОЮ СПЕРМУ! ГЛОТАЙ ВСЕ ДО ПОСЛЕДНЕЙ КАПЛИ, ГРЯЗНАЯ ШЛЮХА!"

Людмила слушала эти слова и ей нравилось, что сын называет ее шлюхой, ей очень нравилось быть доступной шлюхой и миньетчицей для своего мальчика, шлюхой, готовой на все. Когда запас молочной жидкости был исчерпан, мальчик немного вынул, а потом с силой вогнал член обратно, и последние горячие капли пролились в ее горло. Потом она выпустила член сына из своего рта, но продолжала удерживать его за безволосые яички. Продолжая удерживать пенис мальчика перед своим лицом, она облизала его весь и несколько раз провела разгоряченным органом по своему лицу, наслаждаясь его запахом.

Алексей со стоном рухнул на кровать: "Ооо, мамочка. Мне жаль, что все так быстро кончилось, видимо я не смогу опять поднять своего бойца без твоей помощи. "

Людмила поцеловала сына в губы, пытаясь пробраться в его рот своим языком. В течение нескольких секунд Алексей держал губы плотно сжатыми, чувствуя как от губ матери пахнет его спермой, но отбросив сомнения и вспомнив, что обещал подчиняться матери во всем, ответил на жаркий поцелуй, раскрыв губы и коснувшись языка матери своим языком.

Людмила прервала поцелуй и улыбнувшись произнесла: "Это было здорово. Я хочу быть твоей шлюхой, твоей игрушкой для секса, похотливой сучкой, твоей дыркой! Называй меня как захочешь, только продолжай любить меня, малыш. "

"Я буду всегда любить тебя, мам", – сказал Алексей слова, исходящие от самого сердца, – "Мне жаль, что я кончил так быстро, но ведь я первый раз положил свой пенис в рот женщине, да не просто женщине, а своей замечательной матери! Будь снисходительной для моего первого раза. "

Мать улыбнулась: "Все было замечательно! Я специально заставила тебя быстро кончить, во – первых, что бы наконец попробовать своего мальчика на вкус, ведь каждый мужчина имеет свой неповторимый вкус сока, твой сладкий сок нельзя сравнить даже с соком твоего отца. Во – вторых, ты уже один раз кончил, значит во второй раз, когда ты проникнешь своим мальчиком в самые сокровенные глубины моего влагалища, ты будешь трахать его несколько дольше. Осталось подождать, когда твой боец опять поднимется".

С этими словами она просунула свою руку в промежность юноши и с восхищением произнесла: "О! Ты посмотри, мой мальчик быстро оправился и уже стоит как часовой. Ну что, малыш, пора тебе стать настоящим любовником для своей мамочки. Ты готов ?!".

"О, да, мамочка! Я готов, но... я никогда не делал это раньше, ты поможешь мне?"

"Конечно помогу, кто же еще, кроме мамы, может лучше помочь своему сыну лишиться девственности. Я вырастила эту вишенку, я же хочу и первой попробовать урожай. "

Людмила откинулась на спину и раздвинула длинные крепкие ноги. "Сейчас мы будем заниматься любовью самым распространенным способом – забирайся на меня сверху"

Когда Алексей устроился на своей маме, она продолжала подсказывать ему: "Теперь помести головку своего пениса между губками моей киски, как ты делал это пальцами. Ооооооо !!! Как хорошо. Молодец, мой мальчик. "

Алексей улыбнулся, когда почувствовал как его член заскользил внутрь маминого влагалища. Мамин стон подсказал мальчику, что она получает удовольствие от его действий, и ему придется постараться довести ее до оргазма в течение этой ночи.

" Уууууммм, я сделаю из тебя самого лучшего любовника на всем белом свете. Вгоняй своего бойца поглубже в меня, давай, малыш!"

"С удовольствием стану примерным учеником, мамочка", – ответил сын вонзая орудие любви в лоно матери так, что его яички касались ее упругих ягодиц.

"Продолжай, сынок, продолжай сильнее и резче входить в меня, не волнуйся мамина киска не пострадает, а даже получит несказанное наслаждение, когда твой мальчик протрахает ее до последнего миллиметра. Давай, давай сильнее, сынок! Ооооооаааа!"

Когда переплетенные в любовном экстазе тела касались друг друга лобками, кровосмесительная пара в унисон стонала от удовольствия: "О, боже, мамочка, какая же ты сладкая. Ты в тысячу раз лучше моей самой лучшей мечты! Я наслаждаюсь твоей киской и схожу с ума от удовольствия", – шептал Алексей.

"Мы только начинаем наш долгий любовный урок, ты не испытал еще и тысячной доли ощущений, которые могу подарить тебе я. Как тебе вот это, мой мальчик?!", – с этими словами мать напрягла мышцы своей киски и крепко обхватила ими движущийся в ней ствол сына. Алексей не мог даже вообразить, какое наслаждение может получить от киски мамы.

"Не делай так, мама! Я не хочу опять столь же быстро кончить!", – застонал он.

"Не волнуйся, сынок, мамочка знает что делает. Это просто одна из маленьких хитростей нашего урока, чтобы немного подразнить тебя. Я собираюсь заставить тебя хорошенько оттрахать меня, прежде чем ты разрядишь в меня своего петушка", – ответила мать, немного ослабив обхват.

"А теперь, оперевшись на вытянутые руки и отодвинувшись немного назад, очень медленно вынь свой пенис из мокрой маминой киски и с силой, на которую только ты способен, вгони его обратно. Я хочу, чтобы твои орешки со звоном шлепали по моей попке. Давай, трахай мамочку ударами своего красивого и сильного члена! Вгоняй его в свою мать!", – продолжала учить, закрыв от наслаждения глаза Людмила. Алексей делал все, как говорила ему мама, и получал несказанное удовольствия не только от занятия любовью, он еще упивался мыслью о том, что они занимаются самым запретным делом – кровосмешением.

"Боже, мамочка, мне так хорошо, обещай, что мы будем заниматься этим постоянно, день за днем", – молил юноша. Людмила теперь перемещала свои бедра навстречу сильным ударам члена мальчика и стонала при каждом толчке его большой головки в самое дно ее влагалища, – "О, дааааа. Даааа! Только скажи, что хочешь войти в меня, и я отдам тебе мою киску в ту же секунду, где бы мы не находились. Можешь ставить меня на колени и трахать в ротик когда ты захочешь этого. Если я нагнусь, смело задирай мою юбку и с силой вгоняй своего богатыря в мою девочку. Я больше не буду носить трусики, чтобы быть всегда готовой доставить океан удовольствия моему мужчине. С этой минуты я хочу, чтобы ты считал меня своей женой, я твоя собственность, только обещай, что ты будешь так же крепко любить меня и мою киску всегдаааааааа!", – срываясь на крик стонала мать.

"Да, да, мама, я буду любить тебя всю жизнь, я буду хотеть только тебя, только ты и твое прекрасное тело будет наслаждаться мною. Я подаю тебе самые сказочные ночи, я и мой малыш, который по первому зову будет дарить твоей киске свою силу", – вторил ей Алексей. "ОООООО !!! Мамочка, я уже близок!"

"ДААААА!!! ДВАЙ, ДАВАЙ, СИЛЬНЕЕ! ТРАХНИ СВОЮ МАМОЧКУ! КОНЧАЙ В МЕНЯ, НАПОИ МОЮ ДЕВОЧКУ СВОЕЙ СПЕРМОЙ, ВЫПЛЕСНИ В МЕНЯ ВСЕ, СКОРЕЕ! Я КОНЧАЮ ВМЕСТЕ С ТОБОЙ", – кричала мать.

"АААААХ... Я НЕ МОГУ БОЛЬШЕ СДЕРЖИВАТЬ СЕБЯ... Я КОНЧААААЮЮЮЮ!", – ревел Алексей и сперма рекой выливалась в мамин горячий и скользкий от выделений туннель любви. С этим ручьем он наполнял ее тело безграничной любовью, на которую только мог быть способен.

Опустошенные и полностью насытившиеся телами друг друга, мать и сын лежали, обнявшись.

"Я люблю тебя, мамочка", – пробормотал Алексей.

"Я обожаю тебя, малыш", – ответила мать, проваливаясь в крепкий и сладкий сон.

Следующим утром Алексей проснулся довольно поздно. На мгновение он был смущен тем, что пробудился совершенно голым в кровати его матери. Но через мгновение он вспомнил невероятную ночь со своей мамой. Теперь он понял, почему во сне он чувствовал себя таким истощенным, и в тоже время очень счастливым. Он закрыл глаза и расслабился, он лежал и глубоко вдыхал воздух. Даже при том, что он был в комнате один, кровать и подушка хранила тонкий аромат маминого тела, аромат секса и аромат головокружительной любви.

Людмила вошла в спальню свежая после душа, и остановилась, глядя на обнаженное тело сына в спальне. Она знала, что мальчик проснулся, но хотела дать ему немного времени для того, чтобы осмыслить произошедшее прошлой ночью между ними. В глубине души она понимала, что заниматься любовью с собственным сыном, тем более через один день после смерти мужа неправильно, но ее взгляд был прикован к телу мальчика и его органу, который так великолепно насытил ее девочку соками и удовольствием, что сердце начинало стучать в груди и разум затмевала розовая пелена видений, связанных со вчерашней ночью. Сбросив с себя наваждение, мать подошла к кровати и, сев на нее, поцеловала сына в губы.

"Пора вставать, соня, нам есть о чем поговорить", – тихонько позвала она. Леша открыл глаза и посмотрел на ее прекрасное тело, – "Готов поклясться мамочка, что ты готова вернуться в постель для продолжения курса молодого бойца. "

Людмила улыбнулась ему: "Ведь ты не сердишься на меня за то, что я совратила тебя прошлой ночью и лишила девственности? Поверь, я не использовала тебя, я очень хотела и, наконец, получила от моего сына ту самую любовь, на которую не могут рассчитывать остальные женщины. Запретную любовь. Любовь, которую возвращаю тебе не только как мать, но и как женщина, нашедшая свое счастье в самом любимом мужчине во вселенной – в своем сыне. Я люблю тебя, мой мальчик. "

"Я тоже обожаю тебя, мама, обожаю не только как мать, а как самую желанную и красивую женщину. Я люблю, тебя как жену, я хочу взять тебя в жены, мама!", – положив руку на ее грудь сказал сын. Поцеловав Алексея еще раз, мать произнесла: "Ты еще слишком молод, сынок, не давай обещаний, ведь все может измениться однажды. "

"Любовь сына к матери никогда не может угаснуть, это знают все. Я буду любить и хотеть тебя всю жизнь, даже сто лет спустя!", – горячо запротестовал юноша. Людмила улыбнулась и, потрепав мальчика по коротко стриженным волосам, сказала: "Пройдет время, и ты захочешь иметь семью, детей. Хотя наши отношения как любовников не подразумевают, что мы не можем иметь детей... Ты понимаешь, о чем я говорю?"

"Ты имеешь в виду нас с тобой, мама?"

"Да, мой мальчик, я говорю о нас. И я спрашиваю тебя, захочешь ли ты получить ребенка от твоей собственной матери?"

Алексей повалил ее на кровать рядом с собой и горячо зашептал, прижав своей грудью ее тело: " Ты не должна спрашивать меня об этом, это я должен молить тебя, чтобы ты согласилась вынашивать ребенка от меня. Нет ничего замечательней, чем получить ребенка от оплодотворенной тобой же матери. Я брошу школу и найду работу, мы уедем далеко и будем спокойно жить, как муж и жена, и будем растить нашего малыша"

"Красивая идея, мой мальчик, но я не хочу ждать долго пока мы сделаем нашего первенца, почему бы нам не завести его сразу?", – лукаво поглядев на сына произнесла мать.

"Ты говоришь первенца, значит мы могли бы иметь несколько детей?"

Людмила широко улыбнулась: "Да, я хочу, чтобы мы настругали целую кучу замечательных мальчиков и девочек. Я очень хочу забеременеть от тебя как можно скорее, сынок! Я перестала принимать противозачаточные средства еще месяц назад, так что может этой ночью мы уже сделали нашего первого мальчика. Ну а если нет, то у нас сегодня еще куча времени, ты готов потрудиться чтобы стать папой?!"

Алексей поцеловал мать и мягко прошептал: "Я буду стараться постоянно и гарантирую, что сделаю тебя беременной очень много раз, мамочка. Ты будешь самой счастливой мамой в мире. "

"Я запомнила твои слова, а теперь быстро прими душ и возвращайся в кровать. Сегодня мы будем проходить урок под названием "девственная попка твоей мамы и как ее надо трахнуть", как тебе идея поласкать своим петушком мамину попку, есть еще сперма в этих больших красивых яичках?! Не забудь захватить из душа тюбик крема для рук он поможет нам, ведь эта дырочка намного уже киски", – засмеялась мать. Алексей чуть не кончил от таких слов и пулей понесся в душ. Тем временем, мать подняла трубку и, набрав номер школы в которой учился ее сын, попросила не ждать его на занятия, потому что после смерти ее мужа, они с сыном переезжают из Москвы к ее институтской подруге в Свердловск...