Секс истории, эротические рассказы, порно рассказы

Застенчивая эксгибиционистка-3. Похотливая жена

В результате мягкой родительской заботы с самого детства очень люблю русскую литературу, и у меня немалый словарный запас.

Скажем, живопись я воспринимаю больше как потребитель, а что касается музыки… Постольку-поскольку — фортепиано. Иногда в компании гитара. Но настоящий отклик в душе от флейты, и частенько играю для себя, а мой Данила страшно возбуждается в эти моменты — почти как от засветов — и его аж трясёт. Он считает, что пианино и гитара в равной мере удачно подчёркивают красоту моих рук, и это сексуально и здорово.

А вот флейта почему-то кажется ему неким апофеозом сексуального, это у него просто фетиш такой выработался. Во флейте Данила умудряется усмотреть эротику и рук, и лица, и фигуры. «Да это даже не эротика, Римка! Это порнография! Да ещё твои колдовские губы, так сладострастно прижимающиеся к чёртову мундштуку». Муж не может устоять перед таким соблазном. Поэтому он постоянно заставляет сыграть ему что-нибудь. Однако, доиграть композицию мне никогда не удаётся :)…

Я воспринимаю саму себя как особу с резко завышенными сексуальными потребностями, обычно нахожусь в состоянии лёгкого эротического возбуждения, часто перерастающего в сильное, иногда даже — в нестерпимое. К тому же, половая жизнь с Данилой и регулярные оральные контакты с Игнатом, а также мои частые засветы в обществе, все эти эпизоды, обязывают самым внимательным образом следить за гигиеной.

Не выхожу из дома, и даже из спальни, без того, чтобы тщательно не подмыться, при этом подмываю не только писечку, но и попку, и не только снаружи, но и внутри. Использую маленькую спринцовку, извините за такие интимные подробности, но вы ведь и без того уже знаете обо мне ОЧЕНЬ много всякого. Я буквально помешана на интимной чистоте, и ведь оба мои мужчины целуют меня туда и лижут. Конечно, чистота должна быть абсолютной, просто непорочной! Хорошенько всё помыв, обязательно смазываю там ароматным увлажняющим кремом…

Вне дома в сумочке всегда ношу маленькую упаковку влажных гигиенических салфеток. Детских. При сильном возбуждении или после мастурбации, когда всё течёт по ляжкам, вытираюсь этими салфетками…

Мы с Данилой часто говорим об эротике, эксгибиционизме и сексе. И давно уже пришли к выводу, что мы весьма сексуально озабоченные люди. Гораздо больше других людей. Вроде, у нас нет недостатка в половой жизни, совсем напротив. Но нам и этого мало, хочется ещё больше. И уже два года я замужем, а уровень нашего полового безумства никак не спадает. Даже наоборот…

Муж страшный фетишист, и всё, связанное со мной, стало его фетишем. Мои ноги, руки, лицо, рот, нос, глаза, волосы, фигура, груди и соски, ягодицы и походка, все жесты и движения, даже моя игра на флейте — всё это предметы его настоящего фетишистского культа. Конечно, половые органы и анус — сильнейшие стимуляторы. А кроме того моя одежда: всякая обувь на каблуке, от босоножек до высоких сапог-ботфортов, платья и юбки в пол, само собой мини. И зачастую я даже не знаю заранее, что приведёт мужа в большее безумство — супер-короткий подол, полностью открывающий нежные ляжки до самого немогу, или же юбка-макси.

А красивые маленькие трусики — это вообще песня! Данила обожает одевать и раздевать меня: чулки, колготки… Он знает не хуже меня, где лежат все мои вещи, и любит приносить их мне... Ну, и кроме того мои засветы — самый настоящий его фетиш. И ещё — ревность. Он ревнует меня к другим людям, и эта ревность и связанное с нею половое возбуждение — мощнейший фетиш.

По-моему, даже мой характер, всё, ЧТО я говорю, и КАК говорю, мой голос — волнуют и возбуждают моего ненаглядного. Всё это — его фетиш…

Когда-то давно я в разговоре с ним обмолвилась ненормативным словом. Дан буквально вцепился в это. Он пришёл в настоящий восторг и с тех пор часто просит меня произносить матерные слова: «Римма, мне очень нравится, как ты выговариваешь эти слова, у тебя это так красиво получается. Ты это произносишь как иностранка.

Непонятно почему и как, но это здорово возбуждает. Скажи это, пожалуйста»! Я не люблю материться и всегда стараюсь воздерживаться от этого. Не то, чтобы боялась или стеснялась якобы «неприличных» слов, я не страдаю ханжеством, но просто это — совсем другая страта лексики. И на мой взгляд не имеет ничего общего с эротикой и эротизмой. Однако муж ощущает иначе. Он тоже не любит, когда кто-то матерится. Но когда матерюсь я — он так возбуждается, что буквально кончает! Ведь мы с Данилой не ссоримся, не ругаемся, и он имеет в виду, что я произнесу такие слова без всякой агрессии, просто как обозначение, как термин. Это-то его и волнует…

Ну, и теперь, когда мы вдвоём, иногда (редко) я могу позволить себе сказать мужу что-то такое. Слово «пизда» вообще очень сильное, и мне понятно, почему муж считает его столь красивым. Во-первых, она У МЕНЯ красивая. Во-вторых, мощная энергетика слова сама по себе даёт полное ощущение красоты и вовлечённости. Тем не менее, в обиходе я предпочитаю для обозначения пизды использовать другие слова: киска, кисуля, ёмка, ёмочка, пусть даже ёмище, писька, писечка, кунка, куночка. Эти слова прекрасно передают ласку и нежность в отношении столь важной и любимой части тела…

Ну, а мой фетиш — это эксгибиционизм и половое сношение с другими людьми при Даниле или же где-то, но с его ведома. И хотя вообще ни разу не совокуплялась ни с одним мужчиной, кроме моего мужа, я в избытке имею всякие альтернативные формы полового общения, ну, вы понимаете, ланет там или римминг…
Что значит эксгибиционизм для меня?

После моего Пробуждения вся моя детская скромность и застенчивость очень быстро улетучились, и обнажение стало моим увлечением и настоятельной потребностью. Я делаю это вовсе не для того, чтобы подцепить кого-нибудь, но для повышения эротического тонуса и расширения практических возможностей в отношениях с мужем. Уже говорила, мы с Даном, наверное, настоящие ненасытные сексуальные маньяки, и я хочу разнообразить половую жизнь моего любимого как можно сильнее.

Ну, во-первых, мой характерный стиль, как я его понимаю и выражаю, это скрытое обнажение. Значит, я полностью одета, и одета красиво и добротно, и вдруг свершается кратковременный засвет, случайный наблюдатель неожиданно получает мимолётную возможность заглянуть под юбку. Это чрезвычайно волнует и тонизирует. И меня и невольного зрителя, который становится как бы соучастником моего эпизода. Такое увлечение делает жизнь ярче и эмоционально богаче. Муж охотно участвует в моих засветах и часто подсказывает неочевидные решения и парадоксальные ходы…

На первом месте для меня, как и раньше, более-менее деликатные засветы трусиков. Это моё хобби, и предаюсь я ему регулярно. Приобретённый опыт и врождённый такт научили меня светиться элегантно и красиво…

Реже использую голые засветы под юбкой. Это — реально атомная бомба! Лично на меня это действует именно так. Под воздействием моей первой серии голых засветов я пережила тот сокрушительный тектонический оргазм с мощным сквиртом. Но именно из-за настолько жуткого воздействия на психику и запредельного сексуального напряжения я использую голые засветы, хотя они восхитительны, не часто.

Вот в постоянном накале всего этого возбуждения и напряжения мы и находимся почти всё время…
Я весьма опасалась нежелательных последствий моего высочайшего уровня полового возбуждения, которое к тому же продолжается так по-долгу, иногда по нескольку дней, и после бурной разрядки вновь стремительно повышается. Я предполагала, что такое буйство женских гормонов может в будущем привести к некому гормональному взрыву и в результате даже к безумию.

Но Дан научил меня справляться со всем этим методами его любимого сталкинга. Дело всё в том, как принимать и понимать половое возбуждение. Видите ли, сталкинг — это всё сложно для меня, я могу что-то понять только тогда, когда Дан объяснит мне своими словами. Поэтому и сейчас я говорю своими словами, как способна понять, попросту…

Во-первых, такой запредельный уровень полового напряжения сам является следствием высоких личностных энергий всех разрядов. И это необходимо понять и принять.

Во-вторых, сексуальное безумство может быть прекрасным средством очищения духа. Дан выкопал в каких-то древних практиках теорию, что чем более человек ввергает себя в половое распутство, тем более он может очистить душу и возвысить дух, при ясном целеполагании, разумеется. И в древних храмах массовые сексуальные оргии играли именно эту роль очищения. Например, издавна известен образ «святой распутницы», или «распутной монашки», являющийся сильнейшим фетишем. И я принимаю эту функцию бешеного секса — очищение духа и мощный стимул в развитии разума.

Ну, и в-третьих, если осознать всё это, то можно сбалансировать свои проявления таким образом, что это будет даже полезно для здоровья, и физического, и психического, и психо-физиологического…
Так сложилось, что я обычно накапливаю возбуждение в течение одного-двух дней, реже — трёх, и всё это время мы с мужем придерживаемся полного целомудрия, только поцелуи и подсматривание при моих эротизмах.

Но зато потом мы с Даном отрываемся по-полной! И достигаем такого наслаждения, что его хватает на несколько следующих дней. Муж соглашается со мной, что безпрерывный ежедневный секс — зло в семейной половой жизни. Идеал — организация сексуальных сношений по синусоиде, волнами, вверх-вниз, вверх-вниз. Ведь взведённая пружина должна быть непременно спущена… Общение наше постоянное, в том числе и сексуально провоцирующее, дразнящее, возбуждающее.

И надо признать, любой контакт Дана со мной, даже самый, казалось бы, невинный, обязательно принимает форму провокационно сексуального. Причём, это действует равно на обе стороны. Не то что дня, даже пары часов не проходит без того, чтобы Данила не впился поцелуем в мою постоянно сочную щёлку или в горячую попку, или не лизнул мимоходом, я ведь обычно хожу дома при нём голая, в одной футболке — и это его непременное требование. Сами понимаете, что сдерживаться в таких ситуациях очень трудно, почти невозможно. Но мы стараемся изо всех сил, и я, и Дан...

А вот разрядка в непосредственном соитии должна быть лишь время от времени. Всего-то два дня продержаться! Ну, хотя бы денёк! Поэтому-то мы и совокупляемся всегда как безумные, как в первый раз! И я активно вовлекаю Дана во всякие рискованные приключения. А он от этого просто в восторге!

Я уже несколько раз выводила мужа трахаться на улицу, в «ночное». Совершенно удивительные ощущения, всем советую. И хотя мы развратничаем, конечно, ночью, в сумраке и бликах огней, где-нибудь в укромном месте, но заводит это фантастически! Да ещё и потом, когда прохожу днём по этому месту, то вспоминаю наши подвиги, и как я оргазмировала прямо здесь! У-уу! Нереальный кайф! Как будто повторно кончаю сейчас.
И проходя в подъезде по лестницам, полностью и красиво упакованная с ног до головы (этакая соблазнительная молодая жена, никому не доступная), вспоминаю как ночью голая, в одной маечке, бегала с колотящимся от страха сердцем по ступеням вверх и вниз чтобы потрахаться снаружи в кустах, и ощущаю всё это ещё раз, и так всё натурально! Хочу кончить прямо в подъезде, да, знаю, в одну из ночей на неделе заёмлю мужа на лестнице — так нестерпи

мо хочется этого, что прямо вот сладко зудит, и влагалище начало ритмично подёргиваться, в дикой пульсации выплёскиваясь на распухшие половые губки…

Муж долгое время деликатно, хотя и многократно, намекал мне засветиться перед его друзьями, или перед кем-то из них. Но я всё отнекивалась, ссылаясь на моё правило разделять сферы и формировать мой ареал по-своему. И Дан постепенно перестал возвращать меня к этой теме.

Не хочу, значит нет. И точка. Никто из друзей ни разу не видел у меня даже трусиков (ну, вероятно так), не то что письки. Хотя я постоянно ловлю их вожделенные взоры, направленные украдкой на мои ноги и — при всякой возможности — под юбку. Но увы, им ничего не светит. В буквальном смысле, ха-ха.

И я всегда считала это правильным. И у них сложился такой гармоничный образ целомудреной жены Данилы. Алёна с Игнатом другая тема. Но постепенно меня стала волновать эта мысль, этот образ и возможный внезапный слом его. Что-то по типу Преломления стыда. А ведь в этом что-то определённо есть! Всё чаще я представляла себе подобное событие, и это возбуждало меня…

И вот однажды я решилась…

К нам зашёл Серёга, один из новых друзей моего Данилы, один из парней, неизменно пожирающих меня алчными взорами, даже когда я в длинной юбке в пол. Я хорошо приготовилась к его приходу, заплела длинную толстую косу и продумала план действий, подходящий к структуре пространства, как говаривает Дан, мой самый любимый стратег.

Муж открывает дверь. Встречаю гостя, стоя в комнате в черезчур коротком платье, которое даже вряд ли можно определить как мини, скорее это супер-мини или микро-мини, ведь подол едва прикрывает попу, и при каждом движении показывается нижний край ягодиц. Спереди же это замечательное платье только что едва прикрывает пах — прямо под самый срез лобка. Верх платья полностью закрытый, вообще без декольте, с воротником и рукавчиками. Замечаю поражённый и восхищённый взгляд Серёги. Старый и добрый мой знакомый стыд омывает меня приятной горячей волной, и сразу дополняется нарастающим возбуждением. К тому же я забыла надеть трусики, о чём стыдливо шепнула мужу на ушко уже при госте. Надо же как неловко, просто из головы вон…

Сидим мы за очень низеньким столом, Серый в кресле, мы с мужем на диване напротив. Понятно, когда я села на этот диван, мои ноги обнажились до самого немогу, и даже при сомкнутых коленях голая писечка должна быть полностью на виду. Поэтому я предусмотрительно положила на бёдра маленькое цветастое кухонное полотенчико. Подстраховалась на всякий случай. Просто уже и без того дышу через раз от волнения. Предстоящий засвет будоражит кровь…

Сергей, надо полагать, ошарашен созданным мной контрастом: длинная девичья коса и запредельная микро-мини! Знаю, это очень и очень эротично, и мужчин должно сражать наповал! Ясно, что он сейчас весь в мечтах заглянуть всё же под этот символический псевдоподол и насладиться долгожданным видом моих трусиков. Чтобы усилить желаемый эффект, стараюсь делать строгое лицо и выглядеть недоступной. Недосягаемой так сказать, как всегда.

Хозяйничая на столе, перекладываю невзначай полотенчико на подлокотник кресла. Теперь ничто не прикрывает мою кисулю от взгляда Серёжи. Колени совсем не раздвигаю, держу плотно сомкнутыми, и так вид ему открывается фантастический! Идеальный Магический треугольник. Мой излюбленный вариант скрытого обнажения.

Серёжа совсем стушевался. То ли он сейчас взорвётся, то ли умрёт на месте… Хотя он видит даже не то, на что надеялся, нет желанных трусиков, но ЭТО очень неожиданно и гораздо, гораздо большее. На бедного Сергея просто жалко смотреть. Его глаза всё время неотвратимо возвращаются к моему волшебному местечку, это для него сейчас поистине центр Мироздания, средоточие всех его помыслов. Его взгляд как острый клинок упирается мне в промежность и буравит там всё — и как же это сладко, я неудержимо начинаю «плыть»...

...Дан засобирался куда-то выйти по срочному делу. Мы понимаем друг друга без слов. Муж даёт мне возможность остаться наедине с гостем и реализовать свои задумки…

Проводила мужа, возвращаюсь в комнату. Не войдя ещё, застыла за дверью и слушаю громкий шёпот Серёги, он говорит по телефону с кем-то из наших друзей, судя по всему, с Артёмом: «Я у Данилы. Ты не поверишь, Тёмыч, я у Римки пиздёнку видел! Да, сейчас прямо! Впервые! Да ты что! Точно! Правда-правда, чё — «не заливай»! Да, у неё! Сечёшь? Пизду, голую, да! Ну, я сам себе поверить не могу! У неё ТАКАЯ куночка, ты не представляешь! Прямо всосался бы, если б повезло. Офигеть — у Риммы! Ну всё, пока, ОНА ИДЁТ». Слова Сергея ласковым теплом отдались внутри живота, стало так сладко — что ни говори, а приятно слышать о себе столь лестный отзыв.

Вхожу в комнату, нисколько не побеспокоившись одёрнуть платье. Знаю, что Сергей видит меня, стоящую перед ним в ультра-коротком платьице, из-под подола которого самую чуточку выглядывают припухшие от желания сочные половые губки. Беру его за руку и как маленького увлекаю в кухню, как будто кто-то может нас подслушать в пустой комнате. Сергей не сопротивляется, и я усаживаю его на стул, а сама стою перед ним у кухонного стола, изо всех сил сохраняя серьёзный вид:

«Серёжа, милый, что это ты себе позволяешь? Ты ведь пялишься на меня во все глаза! И это очень заметно. Так делать НЕПРИЛИЧНО, Серёжа».

Он очень смутился, стремительно залился краской, голос дрожит и пресекается, но Сергей изо всех сил старается держать марку: «Римма, это непроизвольно, ну, не мог я удержаться! Когда перед тобой ТАКОЕ! Я ведь не мог даже представить, что когда-нибудь наяву увижу твою киску, такую желанную! А трахнуть тебя никогда даже и не мечтал! Ведь я всегда хотел тебя, ночами часто грежу о тебе, ты ведь такая… такая»...

«Вот и не мечтай! Я замужем. Увидел что-то — и будь доволен. И вообще сейчас надо срочно решать как быть. Что подумает Данила? Знаешь, какой муж ревнивый? Ты понимаешь что теперь будет? Не дай Бог, узнает, что ты весь вечер пялился на письку его любимой жены! Да ты знаешь, какой он в гневе»!
Внимательно разглядываю растерянного и смущённого Сергея, вижу как его вздыбившаяся похоть борется со скрытым страхом…

Наконец, в глубоком сомнении медленно произношу: «Пожалуй, если сделаешь всё правильно, то возможно Данила и не узнает о произошедшем. Как думаешь»?

Сергей таращится на меня, в его глазах читаю бешеное желание грубо обладать и робкое обожание: «Что делать, Римма»?

«Ну, ты всё-таки можешь показать мне всю твою симпатию. Есть такая возможность. Поцелуй меня здесь, сделай мне приятно», — с этими словами притягиваю его голову к срезу подола и прижимаю его рот к половым губкам, раскрывшимся навстречу его поцелую…

Сергей прямо впился в меня, и лижет, и сосёт, с причмокиванием и каким-то даже присвистом. Его сильный язык глубоко погружается во влагалище, он слизывает и высасывает всю смазку и все мои соки, обильно изливающиеся прямо в его алчущий рот. Он сидит на полу у моих ног, его лицо скрыто у меня между ног, и только громкие звуки ланета, это животное чавкание, чмокание и прихлёбывание, разносятся по всей квартире.

Для меня это сладостная музыка. Держу его голову обеими руками. Двигаю головой, регулируя процесс. Немного отклоняю его назад, запрокинув Сергея чуть-чуть навзничь, и теперь его лицо обращено прямо вверх, мои ляжки едва сжимают его щёки, я как бы сижу верхом у него на лице, стоя над ним, а его язык… язык у меня внутри… и снаружи… и везде… О, этот чудесный язык! Я ведь получала ланет до сих пор только с мужем и ещё с Игнатом. Сейчас — впервые с другим мужчиной!

Серёжка так энергично вылизывает меня, что будто бы лакает, как пёс, и будто пьёт из моей киски. Он успевает отсасывать все мои неудержимые потоки. Его язык то и дело мощно подбрасывает меня вверх, я будто лишилась веса, тело стало как пушинка на кончике его языка! Да, отлизывает он неожиданно здорово! И он мне нравится!

Лижет не как Игнат, и не как Данила. Он третий «взятый мною язык», мой третий лизунчик. Но какие все трое разные! Каждый лижет по-своему, неповторимо! Этот фактически жонглирует мною на своём языке! О-о! Как же приятно!

Надвигаюсь на его лицо глубже, трусь вздрагивающей от наслаждения промежностью о него, мои фрикции становятся всё более размашистыми, язык при этом скользит по всей пульсирующей ёмочке и оказывается чуть дальше, легко касаясь нервного ануса. И вот я задерживаюсь в этом положении, его подбородок между моими ягодицами, и он робко касается скользким кончиком языка чуткого сфинктера... И вновь касается… И ещё… И ещё…

И вот уже Сергей принялся лизать мою попку. Помогаю ему, вытаскиваю его мокрое лицо из-под себя, разворачиваюсь к нему задом и, вытянув руки назад, беру его голову и опять засовываю его лицо себе, но теперь в попу. Сейчас он у меня между ягодиц. Вылизывает попку нежно и яростно. То нежно, то яростно. Перемежает режим работы :)... Задыхающимся от возбуждения голосом воркую: «Ты знаешь, зайка, что делаешь мне сейчас римминг»? Его голос тоже сдавлен, он уже на грани, и приглушённо бубнит мне губами в самый анус: «Почему римминг? От Риммы, что ли»? Лукаво улыбаюсь, моя маленькая провокация удалась. Хорошая шутка... А когда тебе разговаривают внутрь попы — это просто чудесно. Вибрация от звука его слов дразнит чуткий сфинктер, тёплое дыхание согревает попку…

Язычок совершает круговое движение по колечку сфинктера, весь анус задёргался в первых пароксизмах, и вдруг язык возвращается к киске, быстро-быстро пробегает её всю, стремительно облизывает капюшончик уздечки, а нежный клитор оказывается мощно засосанным в рот. Он всосал клитор аж с хлопком! Чувствую, что мой ласковый похотничок, и без того давно напряжённый и распухший, стремительно увеличивается и твердеет. Как маленький член! И Серый сосёт его как насос! Сосёт… сосёт…

Оргазм завертел мою голову как на каруселе и сбил с ног. Я рухнула на пол, увлекая в падении Сергея и продолжая его сжимать ляжками и ягодицами… На полу кухни бьюсь в конвульсиях… Я совсем забыла о Серёже, а ведь он всё это время зажат в моей попе! Как он там? Не сломала ли ему шею при падении? Не задавила ли его? Не задохнулся ли там, бедняжка?

Немножко придя в себя и обернувшись к Сергею, я за волосы вытаскиваю его голову из попы и рассматриваю, вглядываясь в закатившиеся глаза, пытаясь понять его состояние. Он не шевелится. Пришлось похлопать по щекам, чтобы привести в чувство. Слава Богу, пришёл в себя…

«Ты ведь такая стройная и изящная, Римма, как ты сжимаешь ногами с такой силой? А ведь могла задушить меня невзначай! А если бы задавила? Возвращается твой муж, а тут я на полу валяюсь, задавлен в жопе, представляешь»? Неудержимый смех помогает нам не испытывать никакой неловкости после всего случившегося. Мы встаём совершенно спокойными и в товарищеском расположении.

«Ну вот, Серёженька, ты был молодцом и всё сделал хорошо. Думаю, теперь Данила ни о чём не догадается. Ещё одно. Обращайся ко мне наедине со всем уважением, а не так запросто, всё-таки, я жена твоего старшего друга. Договорились»?

«Да, конечно, Римма Николаевна. Я всё понял».

«А сейчас иди, хороший мой. И да, разрешаю тебе ночью всласть помечтать обо мне. С моего ведома ублажи себя».