Секс истории, эротические рассказы, порно рассказы

Партизанский лес - восемнадцатая часть



– Ну где же ты Оля, змея подколодная.. ?

– в отчаянии говорила Надя, в бесполезных попытках выйти на связь с нашей атаманшей. Ее телефон молчал а мобильник моей матери, единственная связь с Ольгой Владимировной, уже садился. Аппарат был довольно старый с севшим аккумулятором и заряд в нем долго не держался. Сколько раз я говорил Наде, чтобы она купила себе новый телефон, но прижимистая на деньги мамаша, всякий раз откладывала покупку на потом. И вот сейчас мы с лихвой "пожинали плоды" ее скупости. У меня с собой телефона не было как и у Пашки, мы сдали все личные вещи в руки Ольги Владимировны. Да и раньше идя на " дело" мы никогда не брали с собой ничего лишнего, ведь можно случайно потерять тот же телефон на месте преступления и все, пиши пропало, по нему на след выйдут полицаи.

– – Сильно болит сынок? Хоть бы эта сучка ментовская нашлась? У нее наверняка в машине есть аптечка, тебе перевязка нужна, чтобы кровь остановить...

– мама прижимала своей теплой ладонью мне рану на щеке, пытаясь остановить кровь, но она шла и шла, оставляя кровавый след на белом снегу. Хотя сильной боли я не чувствовал, так жгло щеку и всё. Да и рана была судя по всему не глубокой, лицевой нерв не был задет и я свободно мог говорить. На фронте в войну на такое ранение и внимание не обратили бы, в лучшем случае перевязали и сделали укол от заражения крови. Но сейчас это был след, по кровавым меткам, нас легко поймают менты, которые судя по времени, вот вот начнут поиски грабителей. Я с тоской посмотрел на небо, на котором не было облаков и вспомнил тот случай в лесу, когда я хотел сфотографировать следы призрака у старого блиндажа, как внезапно пошел сильный снег. Вот бы сейчас он пошел и замел за нами кровавый след, тогда бы точно по возвращению в деревню, я лично отнесу ящик тушенки в лес, в блиндаж где обитает неупокойнный дух партизана, подумал я без всякой надежды. Но едва мы вышли на одну из дорог в лесопарковой зоне, как с неба буквально обрушился снегопад, да такой сильный густой, что мы потеряли друг, друга из вида.


– – Вот же блин вовремя он пошёл! Но как нам теперь выйти к машине? Где же она стоит эта змея... ?

– тоскливо сказала Надя, прижимаясь ко мне и Пашке, снег шел такой сильный, что вокруг не видно было ни зги. И в этот момент " ожил" Надин телефон, звонила Ольга Владимировна. А в мобильнике у мамы, зарядки оставалось один процент и ее хватило, чтобы сообщить майорше, что мы вышли из оврага и с мешками полными денег, стоим на дороге. Ответа не последовало так Надин телефон " сдох" окончательно после короткого разговора с нашей атаманшей. Но в тоже мгновение, снежную пелену, прорезал яркий свет автомобильных фар и взревел двигатель, движущийся по дороге машины. Надя передернула на всякий случай затвор автомата, висевшего у нее на шее. Если в машине полиция, то живой им в руки моя мать не собиралась сдаваться и Пашкина жена, приготовилась к бою, положив мешки с деньгами на землю, тревожно всматриваясь вперед.

– – Опусти автомат Надежда! Это я Ольга, давайте в машину живо, пока снег идет у нас есть шанс проскочить в город.

– раздался голос Ольги Владимировны из остановившейся буквально в пяти метров от нас машины. Мы все облегченно вздохнули и подняв баулы с деньгами, поспешили в машину своей спасительницы.

– – Любимый, ты ранен? Что там у вас стряслось???

– воскликнула майорша увидев мое окровавленные лицо, когда мы закинув мешки в салон её полицейского " уаза", сели на сиденья. У Ольги был такой же " уазик" как и у инкассаторов, но только белого цвета и не бронированный.

– – Надя чуть не погибла. Там охранник вооруженный оказался, он выстрелил в голову маме но его пистолет дал осечку. А Надя не растерялась долбанула его прикладом в лоб и ее " шмайссер" выстрелил в потолок. Рикошетом и мне попало. Перевяжи мне щеку дорогая а то я умру от потери крови...

– попросил я майоршу и та мигом достала из бардачка автомобильную аптечку, ловко забинтовала мне лицо, трясущимися от волнения руками. Ольга Владимировна любила меня и женщина перепугалась, увидев своего молодого любовника с окровавленным лицом.

– – Это все что я могу для тебя сделать родной мой, сам понимаешь в больницу тебе нельзя. Но рана не опасная я думаю что все обойдется. А теперь ложитесь на мешки, я вас прикрою тряпьем. Дорога каждая секунда, нам нужно выехать из леса пока его не блокировали...

– скомандовала майорша и мы дружно легли на мешки с деньгами, причем Надя легла с автоматом посередине а мы с Пашкой по бокам, прижались к нашей боевой подруге. А сверху на нас посыпались тряпки, старые одеяла и матрасы, которыми заботливо укрывала нас майорша. Пряча от чужих глаз, миллионы рублей и шайку преступников, только что ограбивших почту в пригороде Орла. " УАЗ" у Ольги Владимировны, был цельнометаллический с двумя отсеками, в народе такую машину прозвали " буханкой" из схожести с булкой хлеба, своими овальными формами. Мы легли в самый просторный ее отсек позади водительской кабины, а сзади в машине был еще закуток, разделенный от основного отсека, перегородкой. Этот отсек назывался " собашник" из за его малых размеров, там доблестная майорша и положила старое тряпье, которым нас сейчас накрывала.

– – Ну все вроде не видно, а теперь лежите тихо и держите кулаки за меня, я буду прорываться в Орел, к своему дому...

– сказала нам Ольга Владимировна и тронула машину с места. " Уаз" шурша покрышками поехал по заснеженной дороге, но ехал не плавно а то и дело дергался. Это майорша включала передний мост и пониженную передачу, снега намело много и " буханка" тяжело шла вперед, но шла. Другая бы машина давно села в этом снежном плену, но неприхотливый " уазик" у которого было два ведущих моста, рыча мотором, уверенно пробивал себе дорогу по снегу к асфальтированной трассе и вскоре вышел на нее, судя по тому как легко пошла машина. Но проехали мы не долго, нас к нашему ужасу, остановили на посту ДПС, это мы поняли по разговору снаружи.

– – Куда едем, Ольга Владимировна.. ? И что в салоне у вас лежит.. ?

– услышали мы молодой, почти мальчишеский голос и по обшивке машины, чем то стукнули, возможно дубинкой.

– – Да с дачи своей из Малоархангельска еду, вот набрала там вещей, везу домой. А вы что с автоматами стоите Вячеслав? Случилось что серьезное у вас.. ?

– спросила майорша у молодого судя по голосу сотрудника постовой службы. Словно она не в курсе событий произошедших в пригороде?

– – Да нас всех по тревоге подняли а по городу план " Перехват" объявили. Только что трое отморозков почтовое отделение ограбили и взяли там, очень крупную сумму денег. Так что у нас приказ, досматривать все машины без исключения, въезжающих и выезжающих из города. Откройте салон автомобиля, Ольга Владимировна. Я его досмотрю и вы сможете спокойно ехать.

– сказал майорше, знакомый судя по всему постовой и дернул дверь машины, ведущию в салон. Но она была закрыта изнутри и не поддалась.

– – Да не дергай ты её сынок, она сломалась у меня и я её завязала проволокой изнутри. Да и что там досматривать, старые вещи, одеяла и матрасы, я их целый час у себя на даче грузила. Вот дернете дверь, они могут посыпаться наружу а я заставлю вас потом собирать Слава...

– строгим начальственным голосом, сказала майорша молодому полицейскому и тот перестал дергать ручку двери, закрывавшую салон " уазика".

– – Но у меня приказ Ольга Владимировна, развяжите сами вашу проволоку и покажите мне что у вас лежит в машине...

– полицай оказался настырным и не отходил от машины, требуя от майорши открыть салон. Мы лежали под матрасами, сжимая в руках оружие и молили провидение, чтобы молодой мент не полез внутрь и нам не пришлось в него стрелять. А Надя однозначно бы стала палить из автомата, она его тихо сняла с предохранителя, готовя " шмайссер" к стрельбе.

– – Да что вы заладили Вячеслав со своим приказом. Я что похожа на преступницу? У меня к вам Слава деловое предложение есть. Вы я слышала, очень хорошо разбираетесь в компьютерах а у меня домашний комп, постоянно " виснет". Могли бы как то вечерком Вячеслав, зайти ко мне домой и посмотреть что в нем сломалось? Тем более что я одна сейчас а муж в Москве и не скоро приедет. А мы могли бы с вами, посидеть чайку или что покрепче выпить. Вдвоём, только я и вы Слава, в интимной обстановке.

– голос у майорши стал мягким обволакивающим, точь в точь такой голос у нее был, когда она мне давала " снотворное" в комнате для гостей в первую ночь в её доме.

– – Вы серьёзно Ольга Владимировна? Да, да.. да.. я.. я хоть завтра к вам вечером приду. Сегодня вряд ли получится, до ночи будем стоять, начальство не отпустит раньше. А завтра я обязательно к вам зайду и посмотрю ваш компьютер...

– от предложения посидеть вечерком попить чайку или что то крепкое, исходящие из уст обворожительной женщины, сидящей за рулем " уаза". Молодой полицейский даже заикаться стал и начисто забыл про приказ начальства досматривать все машины без исключения. Видно парень, имел определённые виды на черненькую майоршу, ровесницу его матери, судя по молодому голосу.

– – Езжайте домой Ольга Владимировна и будьте осторожны, преступники ограбившие почту, вооружены автоматом и они из него уже стреляли.

– сказал нашей атаманше, молодой сотрудник полиции, который был в нее влюблен не хуже меня и майорша поблагодарив паренька, поехала по трассе а у нас отлегло от сердца. Когда машина отъезжала от поста дпс, я услышал как тот Славик, что хотел досмотреть наш " уазик" сказал другому полицаю, по правилам стоящему поодаль и прикрывавший автоматом напарника.

– – Там все чисто, это Ольга Владимировна, начальница УБОП из Зареченского ОВД, домой с дачи едет.

– соврал молодой парень, своему напарнику, сам того не зная, что только что отпустил опасную преступницу и вооруженную шайку грабителей, лежащих на мешках с похищенными деньгами в ее машине. А может это была его судьба, ведь открой он салон " буханки" и тут же получил пулю в лоб и был бы убит. А так он остался жив и здоров, с надеждой заключить в свои объятия, симпатичную начальницу, отдела по борьбе с оргпреступностью.


– – Ну вот и все проскочили, повезло нам сегодня, круто повезло....

– дрожащим от волнения голосом, говорила нам майорша, скидывая матрасы и одеяла, которыми она укрывала нас, прорываясь сквозь посты ДПС к городу. После того случая на въезде в Орел, когда нам пришлось пережить несколько тревожных минут, решающих в нашей судьбе, когда машину Ольги Владимировны, пытался досмотреть молодой полицейский. Нас больше никто не тормозил, ведь у белой " буханки" на которой ехала майорша, стояли синие полицейские номера и мы спокойно добрались до дома начальницы УБОП и она загнала " УАЗ" в гараж, наглухо закрыв входные ворота. Гараж у нашей атаманши был просторным и по высоте как раз смог вместить в себя отечественный микроавтобус. Белой " нивы" и черной тонированной " ауди" в гараже не было, судя по всему Ольга убрала машины заранее, чтобы загна

ть в свой гараж после налета на почту, служебный автомобиль.

– – Да уже стрелять собралась, думаю все хана нам если этот мент полез бы к нам в машину. А ты умеешь кадрить молодых ребят подруга...

– засмеялась Надя, вылазя из машины потягиваясь, разминая затекшие ноги и руки от лежания под матрасами.

– – Кость не слушай свою мать, я для дела старалась а так он мне и даром не нужен этот Славик. Я одного парня на свете люблю, это твой сын Надежда и ради него я готова на всё...

– Ольга Владимировна, аккуратно сняла с моего лица окровавленный бинт и промыла рану на моей щеке, перекисью водорода, который в обязательном порядке, присутствует в автомобильной аптечка, на ряду с йодом и зелёнкой. Просто там в лесу она не успела промыть мне рану, спешила вывезти нас к трассе.

– – Ну все хорошо сынок, все хорошо. Кровь остановилась и рана не гноиться. У тебя только небольшой шрам на щеке останется милый, но шрамы украшают мужчину. А я безумно тебя люблю дорогой мой...


– сказала майорша с любовью смотря на меня а я на нее и у меня слова застряли в горле, от счастья что меня любит эта изумительная женщина, подруга моей матери.

– Блин, нашли время в любовь играть. Оль я в туалет хочу, пока ехали чуть в машине не описалась...

– сказала подруге моя мать, переминаясь с ноги на ногу стоя на бетонном полу гаража.

– – Да вот Надь держи ведро, в него можете по нужде сходить. Все равно я не могу сейчас вас в дом провести пока не стемнеет, из окон соседних домов мой двор хорошо просматривается. Так что сидите тут до темноты а я на службу поеду, начальство наверное рвет и мечет а меня нет в отделе. Там на переднем сиденье пакет лежит, я вам "тормозок" собрала перекусите...


– Ольга Владимировна дала моей маме, большое двадцатилитровое пластмассовое ведро из под автомобильного масла и одарив меня любящим взглядом вышла из гараж, закрыв за собой дверь на ключ.

– – Умеет курва обольщать парней и ты ей веришь сынок? Заразе этой ментовской, меня чуть не пристрелили из за нее и тебя ранило тоже по её вине...

– Надя достала из аптечки тампон и прикрепила его к моей щеке лейкопластырем, хотя в этом не было особой нужды, кровь было шедшая из раны ручьем, самым чудесным образом остановилась а сама рана не болела а только неприятно щипала.

– – Паш, а я тоже тебя люблю дорогой если что...

– засмеялась моя мать и прижалась к своему гражданскому мужу, даря моему армейскому корешу, ласки зрелой женщины. И Пашка буквально млел от ее объятий, Надя хоть женщина боевая но и на любовном фронте, даст фору молодым.

– – И я тебя Надя люблю милая, сильно, сильно дорогая.

– Пашка было прижался к моей матери но эта змея Надя, оттолкнула его.

– – Повернитесь парни к машине, дайте мне в туалет сходить или я сейчас тут при вас лужу сделаю...

– засмеялась Надя, развернув меня и Пашку к " буханке". А сама пошла с ведром в дальний угол гаража, по нужде. После неё нашей боевой подруги, мы с Пашкой тоже отметились в ведре в углу гаража а потом полезли в машину, где Надя уже банковала разложив закуски из пакета майорши на двигателе " уаза". У " буханки" мотор находиться прямо в кабине, что очень удобно, не надо к примеру в мороз вылазить из машины и на холоде ремонтировать что то внутри. Доступ к двигателю был под крышей и так же его капот, служил нам сейчас обеденным столом.

– – Ну хоть сейчас нормальной еды положила змея...

– приговаривая моя мать, раскладывая закуски из пакета майорши на автомобильном капоте, внутри " буханки". Надя с Пашкой сидели спереди на сиденьях а я залез внутрь салона и сел боком, что было удобно брать еду с импровизированного стола на крышке мотора. Закусок было не то чтобы много но они были качественными и сытными. Сыр, колбаса, буженина, консервы в банках, хлеб черный и белый, без которого моя мать вообще не любила есть. Даже литровая банка маринованных огурчиков присутствовала, она служила отличным дополнением к литровой бутылке " Беленькой", мягкой местной водке, изготовленной из отборных сортов пшеницы. Водка была в пакете и ее моя мать поставила по центру " стола".

– – Ну как всегда овца накосячит, водку дала а стаканы положить забыла...

– незлобно ругнулась Надя в адрес подруги забывшей положить стаканы в пакет. И тут же не долго думая, ловко скрутила пробку с бутылки и сделала из нее несколько хороших глотков, передав бутылку Пашке.

– – Хороша зараза, что мне сейчас нужно так это бухнуть...

– сказала Надя, закусывая водку маринованным огурчиком. Мы с Пашкой последовали ее примеру и выпили из бутылки по пару глотков водки а затем принялась за еду, не забывая пускать " беленькую" по кругу. И вскоре закуски на капоте закончились как и водка в бутылке, то ли стресс на нас подействовал то ли еще что, но у всех был прямо зверский аппетит и буквально глотали еду, запивая ее " беленький" как водой. Насытившись по очереди покурили, возле ведра в которое ходили по нужде и легли спать. После сытной еды и выпитой водки, клонило в сон, хотя по идее нужно было бодростовать, на случай если появятся менты, но сил противостоять внезапно нахлынувшей дремоте, не было ни каких. Да и мы надеялись на Ольгу нашу атаманшу, что она отведет от своего дома полицию. Надя легла посередине в салоне машины, подложив под голову мешок с деньгами, одной рукой моя мать обнимала Пашку, легшего ей под бок а другой крепко держала " шмайссер" на всякий случай. Но я его поставил на предохранитель, опасаясь чтобы мать во сне, случайно не нажала на курок. Посидев немного в машине на водительском сиденье, я тоже перебрался в салон и лег с другой стороны к матери. Прижимаясь к теплому Надиному боку, я моментально заснул, обессиленный потерей крови и выпитой водкой.


– – Подъём бойцы! Ну вы и спать у меня здоровы ребята как и пить тоже...

– – Ольга Владимировна, пнула ногой валявшеюся на полу пустую бутылку из под водки и растормошив спящею Надю, велела нам иди с мешками в дом.

– – Уже ночь, двенадцать часов, меня только домой отпустили со службы. Всю полицию в городе на ноги подняли, ищут преступников ограбивших почту. А они как сурки спят у меня в гараже...

– на улице и впрямь было уже темно и ветрено, когда мы с мешками вышли из гаража во двор дома майорши. Окна соседних домов уже не светились, видно их обитатели легли спать, да и темень стояла кромешная, ночь была без луны и звезд. Самая что ни наесть воровская погода.

– – Надь, давай сюда свой автомат и вы парни оружие ложите на стол. У меня в доме вы в безопасности а держать при себе пистолеты и автомат нет нужды...

– сказала майорша и мы с Пашкой, с радостью избавились от надоевшего уже оружия, кроме Нади, моя мать хоть и положила автомат на стол, но без своего верного " шмайссера" эта бывшая учительница, была как без рук.


– – Да не нужен он тебе больше Надя, не нужен. Теперь у нас другая жизнь начнется, мирная а автомат пойдет в гости к твоему травмату на дно Оки. Он запалился и по его пулям и гильзам, найденным на почте, уже проводят баллистическую экспертизу. Так что как говориться, " мавр сделал свое дело, мавр должен уйти".

– Ольга Владимировна собрала наше оружие и отнесла в комнату в сейф. А я вздохнул с облегчением что теперь больше не придется его использовать в преступных целях. Да держать в руках эсэсовский " вальтер" из которого возможно в войну убивали людей, мне не хотелось.

– – А теперь в душ, ужинать и спать...

– скомандовала майорша и моя мать с Пашкой пошли на верх в комнату для гостей чтобы переоделся в халаты и принять столь необходимый нам душ перед сном.

– – Тебе тоже нужно помыться Костя, ведь я тебе кое – что, обещала когда ты принесешь мне миллионы...

– игриво сказала Ольга Владимировна, снимая с моей щеки тампон и изменилась в лице, недоумевая смотря на меня?

– – А её нет, почти нет, твоей раны на лице сынок.. ? Впервые такое вижу, чтобы так быстро ранение заживало?

– от волнения майорша назвала меня сынком, хотя по разнице в возрасте почти в двадцать лет, я им и был для нее по сути.

– – Да уж, еще недавно с нее кровь ручьем текла а сейчас только небольшая отметина...

– я подошел к зеркалу висевшему на стене в гостиной и увидел что рана на щеке, практически заросла. Словно какой – то невидимый врач, мастерски ее вылечил и я догадался какой? Тот что живет в старом блиндаже в партизанском лесу и которому я обещал ящик тушенки по приезду в деревню. Призрак партизана, охранял нас и мы были не только не пойманы но и живы.

– – А охранник которого ты Надя, долбанула " шмайссером" в реанимации находится, но жить будет. Просто у него сильное сотрясение.

– сообщила за ужином нам Ольга Владимировна, когда мы все помылись и сидели за столом в гостиной.

– – Эх врезать тебе подруга за твой " косяк" но нам больше всё равно не плыть в одной лодке, так что давай мою долю и мы с Павлом уедем завтра в Москву.

– сказала моя мать вставая из за стола, мешки с деньгами лежали прямо тут в гостиной и Наде нетерпелось их заполучить.

– – А ну сядь на место коза, долю она захотела а кукиш с маслом не хочешь?

– Ольга Владимировна, тоже встала изо стола но в руке у майорши был небольшой дамский пистолет, похожий на мелкокалиберный " браунинг". Ну все сейчас она нас всех перестреляет а пятьдесят миллионов заберет себе, как в лучших традициях итальянской мафии. Подумал я с ужасом смотря на свою возлюбленную, да и не только я, у моей матери даже челюсть отвисла от выходки ее подруги а Пашка, трусливый от природы, побелел от страха.

– – Напугала я вас? Это зажигалка, но очень похожая на боевой пистолет, копия " браунинга". А деньги ты свои получишь Надя, половину от общей суммы но не сейчас а когда все утихнет. Да и не вывезешь ты их из города, все машины на дорогах досматривают...

– Ольга нажала на курок пистолета из его ствола зажегся синий огонь, от которого наша атаманша прикурила сигарету.

– – Дурацкие у тебя шутки Оля, но ты права с этими баулами нам действительно не выехать из города. Паш, пошли спать а то у меня уже глаза слипаются...

– Надя увела своего мужа наверх в комнату для гостей и мы с Ольгой остались одни.

– – Ты тоже ступай любимый в мою спальню, а скоро приду к тебе.

– сказала мне хозяйка дома и я пошёл наверх в предчувствие сладкой близости в объятьях " рубенсовской" красотки.


– – А вот и я! Ты когда – нибудь любил женщину милый лежа на миллионах рублей?

– сказала вошедшая в спальню Ольга Владимировна. Она была одета в японский халат, тот же что был на ней, тогда когда она " кормила" меня " снотворным" в комнате для гостей. В руках симпатичная майорша держала, два баула с деньгами. Которые она быстро выпотрошила на кровать, усыпав ее пачками банкнот, разных достоинств и распахнув халат легла ко мне в постель, выключая торшер на стене.