Секс истории, эротические рассказы, порно рассказы

Тётушка. Часть первая

Тётушка. Часть первая

День первый

Внутренне улыбнувшись, до конца не веря в происходящее, бросил похотливый взгляд на голые ягодицы тёти Светы, бессознательно поглаживая жесткий член, нескромно оттопыривающий в паху ткань спортивных брюк. Ожидая наказания, взрослая женщина покорно лежала животом на письменном столе с задранным на спину подолом и спущенными по щиколотки белыми трусиками. А что ещё этой сучки оставалось делать? Другого выхода не было!

На дне расщелины между пухленькими ягодицами просматривалась аппетитная розочка анального отверстия, а внизу — сочные вареники половых губок, густо покрытых кучерявыми волосиками. От переполнявших эмоций я чуть не закричал от восторга!

Кто бы мог подумать ещё вчера, что такое может случиться. В самых смелых мечтах и фантазиях трудно было представить тётушку Свету покорно подставляющей обнажённую попку для наказания. Эту сучку в такой позе, столько попортившую мне нервов. Сделавшей последние полгода личной жизни настоящим адом! Ой, вот оно моё вознаграждение за страдания! Месть будет до безумия извращенной, сладострастной. Я медленно, не спеша вдоволь наслажусь унижениями и страданиями ненавистной женщины. Зря ты так измывалась надо мной …, тётя Света! Теперь получай всё сполна!

***

При первом появлением Светланы Фёдоровны у нас в доме, я возненавидел младшую сводную сестру матери, как никого на свете. Долгое время она проживала с мужем где-то далеко, на Дальнем Востоке или Крайнем Севере, а год назад появилась, изображая из себя фригидную суку. Детей у них не было и всю свою «заботу» о подрастающем поколении, тётка выплеснула на меня, единственного ребёнка сестры. Мать с отцом собирались заключить контракт на работу в другом городе, почти за тысячу километров от сюда, но боялись оставить меня одного. И поэтому приезд сестрички встретили с неподдельной радостью.

— Светочка! Как хорошо, что к нам в город переехала, — не могла отойти от своего счастья мать. — Мы хотим, заключит контракт на три года, но не знаем, как быть с Сергеем. Оставлять одного страшно. Вот хорошо, что ты будешь рядом! Есть, кому за ним присмотреть.

Тётушка с удовольствие согласилась, и ключи от нашей квартиры оказались в её руках:

— Не переживай Ирочка, я за ним присмотрю! Даже могу жить здесь, пока вас не будет, Саша, думаю, не станет возражать.

И присмотрела! Её муж, Александр Николаевич, старше тётки на 18 лет горбатился на десяти работах. Но скупой был ужасно! Давал ей копейки на личные расходы, по словам матери. Отношения между ними были не очень, супруги словно тяготились друг друга. Да и половая жизнь, наверное, отсутствовала. Духовку, как думал, Александр Николаевич, скорее всего, не чистил Светлане Фёдоровне уже лет n!

И у меня не вызвало совершенно никакого удивления, когда родители уехали, она перетащив большую часть своего гардероба, стала обитать у нас, вечерами приводя иногда подружек. Но почему-то мужиков никогда не было! Они бухали, играли в карты, а потом часто оставались у нас до утра. Не было никакого сомнения, что тётка испытывает к женщинам половое влечение. Жаль, конечно, что все двери закрывались на замок, но по звукам, доносящимся из комнаты, не трудно было догадаться, чем они там занимались — сексом!

Через месяц секрета для меня уже не было, женщина не равнодушна не только к алкоголю, но и вступает в половую связь с представительницами своего пола. Она — алкоголичка и лесбиянка! Сучка высшей пробы!

— Мама …, — попытался по телефону заикнуться матери о поведении сестрички у нас дома, когда она очередной раз отчитывала меня, — … ты знаешь тётя Света …

— Серёжа! — резко одёргивала мать. — Я всё знаю! Как ты отвратительно ведёшь себя в отсутствии нас! Мне в глаза Свете будет стыдно смотреть! Ужас! Не ожидала от тебя такого, хорошо хоть тётя за тобой присматривает …

Тётушка наговаривала матери такое, что прожжённые наркоманы, алкоголики и бабники были милыми овечками по сравнению со мной.

— Мама …, — пытался вновь рассказать ей обо всём, как-то себя оправдать.

— Всё, не хочу тебя слушать! — не давала договорить. — Будешь так и дальше вести себя — пожалеешь …

— Хочешь, чтобы приехала? Разобралась с твоим отвратительным поведением? — злилась мать. — Смотри, дождёшься!

Ой, как ненавидел тётушку, возмущаясь приходом этой коварной женщины в мою жизнь.

— Нет, надо что-то делать! — кружилось в голове. — Так дальше жить нельзя. Нужны неопровержимые доказательства, а не голословные заявления!

И тут осенило:

— Видеокамеры наблюдения! Как я раньше не думался!

На следующий день они были установлены в спальне родителей, в зале, на кухне и подключены к компьютеру. Ужасно хотелось установить в ванной комнате, но это был бы уже перебор. Не сексуальный же я маньяк? Что можно там увидеть? Голую тётку моющую свои прелести? А потом показать матери? Смешно! Уж тут бы она меня точно не поняла!

***

Я был расстроен, просматривая видеозаписи попоек тётушки с подружками. Они пили, оставались спать, но никакого секса не было! Кроме слабой попытки со стороны одной, довольно приятной и милой дамочки.

Тётка была равнодушная не только к мужикам, но и бабам! Фригидная сучка! Что матери покажу? Как она пьёт? Приводит в дом подружек? Раздеваются, лазают по квартире в одном нижнем белье, а иногда спят, в чём мать родила. Ещё потом обвинит, что подсматриваю за ней, как какой-то извращенец! Сексуальный маньяк!

Прошла неделя, вторая, третья, месяц, но ничего интересного не происходило. И, наконец, в конце июня удача улыбнулась мне. В воскресение утром я смотрел запись попойки тёти Светы с каким-то незнакомым мужчиной, с последующим совокупление на диване.

Но трудно это было назвать нормальным сношением кабеля с сучкой, всё было похоже больше на изнасилование. Хотя тётя Света была настолько пьяна, что не могла сказать своему сексуальному партнёру ни «да», ни «нет».

— Ой, тётя Света! Теперь ты у меня в руках. Интересно, что запоёшь? — радовался удачи, обдумывая разговор с тётушкой при просмотре видеозаписи.

***

— Тётя Света, это ваши трусики? — вежливо улыбнулся, показывая разорванную ажурную ткань, как только она зашла в мою комнату.

— Ну, это переходит все границы! — пренебрежительно слетело с женских уст. — Не думала, что докатишься лазить в нижнем белье! Извращенец! И где ты воспитывался?

— И у матери копаешься? Дрочишь на него? — саркастическая улыбка скользнула на устах, чувствуя полное превосходство надо мной. — Ты — фетишист? Онанизмом занимаешься, нюхая трусы? Фу …, какая гадость!

— А я не лазил! И далеко не фетишист и не онанист, — продолжал улыбаться, стараясь быть, как можно вежливее. — Просто попались на глаза. Поднял разорванные остатки от красивых женских трусиков на полу в зале под диваном. Думаю, чьи они, может тётины? Надо отдать, а то будет потом искать и в пропаже меня обвинит. Маме пожалуется …

— Или я ошибаюсь? Чьи это трусики? Ваши? Или одной из подружек? Вы так спешили их вчера снять, что разорвали?

— Я… я… я…, — растеряно пробормотала она, и лицо стало ярко-красным.

Не было сомнений, мой намёк дошёл до неё, ещё не отошедшей от вчерашней попойки!

— Сейчас в обморок упадёт! — внутренне засмеялся, видя, как мгновенно с тётушки слетела надменность.

Показалось, что женщина потеряла дар речи и сейчас лишиться чувств. Не было никаких сомнений — тётка не только крепко бухает, но и страдает провалами памяти. Ой, как понимал её состояние! Жуткий похмельный синдром, а тут ещё какой-то козёл пытается копаться в её вчерашнем поведении. А поведение было, ой …, какое не безгрешное …

— Ну, если вы девушка не помните, то можно и напомнить, — сама вежливость общалась с ней. — Присаживайтесь на стульчик …, пожалуйста …

— Думаю это несколько освежить вашу память, Светлана Фёдоровна …, — уважительно тихо произнёс и включил запись.

На экране монитора появилось изображение. Оно, конечно, было не лучшего качества, но всё было прекрасно видно и понятно. Тётя Света неуверенно поднялась со стула и посмотрела на экран. Она ахнула и закрыла ладонью рот, когда увидела себя с незнакомым мужиком заходящей в зал. Они, скорее всего, курили в кухне на балконе и вернулись назад к застолью.

По пустым бутылкам на журнальном столике и её поведению было видно — женщина совершенно пьяна! Мужчина неожиданно, сначала левой, потом правой ладонью ударил по лицу, толкнул на диван и, наклоняясь, разорвал сверху донизу платье. Оно, как полы халатика разошлось в стороны, обнажая трусики и бюстгальтер. Мгновение и его рука схватила за лифчик, дёрнула вверх, обнажая белоснежную грудь. Затем пальцы сжали сосцы и жёстоко начал крутить их, тянуть на себя. На лице женщины появилась гримаса боли. Ой, как жалко, что видео было без звука!

Тётя Света сделала шаг назад и села на стул, прижимая руки к груди. Реальная боль, которую женщина испытала вчера казалось вновь вернулась к ней. Слезы ужаса и страдания от происходящего на экране, брызнули из глаз.

Мужчина схватился за трусики и …, нет, не снял, а вырвал их из её тела, причиняя женщине боль. Теперь она доступная и полностью обнажённая лежала перед ним. Мгновение и его толстый стальной стержень выскочил из штанов. И он упал на неё, широко разводя женские ножки в стороны, забрасывая их себе на плечи. Не успела она опомниться, как толстый член быстро проник в нежную киску.

Я бросил на неё взгляд и увидел, что тётушка совершенно не обращает на меня внимание, полностью поглощённая переживаниями происходящего на экране, прикрыв левой рукой низ животика, словно стараясь защититься от насильственного вторжения в женское чрево. Не было никаких сомнений, тётка испытывает не только душевную, но и физическую боль, которая сопровождалась проникновением во влагалище.

Она вся задрожала, когда он быстро задвигал бёдрами, вгоняя стальную плоть всё глубже в женское чрево. Казалось, что каждое его движение вызывает у тётушки физическую боль. Этот безумный секс продолжался долго, он никак не мог кончить. Уже не было той наглой и злой суки, которая на протяжении длительного времени издевалась надо мной. Рядом сидела бедная, несчастная, изнасилованная женщина …

И наконец, он кончил, задергавшись всем телом. Полежав несколько секунд, поднялся, видимо громко ругаясь, залепил тёти Свете очередную пощёчину, и, усевшись на обнажённую грудь, поднёс обмякший член ко рту. Она, послушно, без всяких возражений, как по команде, обхватила вялую плоть губками и с жадностью втянула в себя.

Он долго сидел на неё, но кончить второй раз, видимо не мог. То ли она плохо сосала, то ли алкоголь сделал своё дело. Неожиданно с недовольным лицом мужичок встал, отвалил женщине вновь пару оплеух, что-то сказал, и тётка … стала на четвереньки, уткнувшись лицом в покрытие дивана, разводя ладонями ягодицы. Не было сомнений, он приказал ей заняться анальным сексом! И она безропотно выполнила приказ!

Без всяких прелюдий его пах прижался к белоснежным ягодицам, почти мгновенно до конца вгоняя член в нераспустившийся бутон коричневой розочки анального отверстия. И вновь я пожалел, что не было звука! Сделав несколько движений бёдрами, и тело мужчины задрожало, кончая в узенькое, травмированное отверстие.

Пренебрежительно хлопнув по жопе, оставляя ярко-красный отпечаток на белоснежной коже, он встал, натянул штаны и вышел из комнаты, бросив какие-то слова тётушки напоследок. А она так и осталась стоять на четвереньках. Дырочка анального отверстия медленно, словно бы нехотя сжималась, уменьшаясь в размерах, выталкивая из себя густую беловатую слизь. Она стекала по промежности, капала на диван …

Прошло несколько минут, как она медленно, словно бы нехотя поднялась, полностью смиряясь с произошедшим изнасилованием. Деловито, словно ничего не произошло страшного, тётка, прикрыв ладонью промежность, пошла пошатываясь, подмываться в ванную комнату, даже не пытаясь поднять разорванные трусы, валяющиеся на полу …

***

Слезы текли по щекам женщины, она сжалась в комочек, сидя на стуле, обхватив тело руками.

— Это не то …, о чём ты подумал …, — всхлипнула тётушка.

Её слёзы меня совершенно не тронули, чувствуя ненависть и незримую власть над женщиной.

— Не то, что я думаю? — недоверчиво произнёс, посмотрел ей в глаза, а она сразу опустила их.

— Тут всё ясно без лишних слов! Вы, милая девушка …, — издеваясь, сделал акцент на слове «девушка», — … напились до поросячьего вида и занимались сексом с каким-то мужиком, намного моложе вас. Считающего вас далеко не леди, а обыкновенной … шлюшкой! Ему сколько? Лет двадцать пять? Он, наверное, всего лишь лет на пять старше меня?

— Смешно …, — улыбнулся, пренебрежительно смотря на неё, — … но не думал, что моя тётушка даёт во все природные отверстия кто об этом не попросит! Ударница сексуального труда! На молоденьких потянуло?

— Пожалуйста …, Серёженька …, позвольте мне всё объяснить …, — умоляла она, а слезы ручьями бежали по щекам.

— Нет! — крикнул ей. — Мне и так всё ясно. Вы не только алкоголичка, но и шлюшка, готовая расставить ноги перед первым встречным …, а тем более молоденьким мальчиком!

— Мне не нужны какие-либо объяснения от вас, тётя Света. Скоро все узнают, кто ты такая! Что собой представляешь! — переходя на «ты», пренебрежительно бросил ей. — И муж …, и мать …, все твои друзья и знакомые …, да и вообще сброшу этот ролик в интернет, бабок хоть на тебе заработаю немерено. За первый час — тысяча просмотров, за сутки — миллион! Завтра станешь порнозвездой, на улице буду узнавать, и просить автографы! А я богатым человеком!

Тётя Света отшатнулась от меня, словно ударил её по щеке, опустила глаза.

— Серёженька, — взмолилась она, — это коллектор. Я залезла в долги и не могу отдать. Взяла копейки, не обратила внимания на проценты и через неделю уже тысячи. Если не отдам до послезавтра тридцать тысяч, то долг станет ещё больше …

— Или …, — она сделала паузу и зарыдала сильнее.

Я молчал, смотря на неё, ожидая, что же тётка скажет дальше.

— Или …, — всхлипывала она, — … должна расплачиваться … телом в … течение месяца …, так он сказал …

— Поэтому он …, — замолчала тётушка, заплакав навзрыд, — … и изнасиловал …

— Хотела договориться …, но ничего не получилось …, — рыдала тётя Света. — Пойми меня …, войди в моё положение …

— Твои проблемы меня совершенно не интересуют! Но зачем дурочка привела к нам домой? Хочешь, чтобы и у нас из-за тебя неприятности были? Вот к себе бы и вела! — жёстко оборвал её. — Возьми деньги у мужа.

— Я не могу сейчас …, — хныкала она, не ответив на мои первые вопросы. — Он не даст …, мы с ним поссорились …

— Это не мои проблемы …

— Ты относилась ко мне, как к дерьму, только появившись у нас в доме. Я ненавижу тебя, тётя Света, фригидная сука! Теперь ты в полной мере испытаешь то, что испытывал я …

— Они из тебя сделают проститутку, а я помогу, сброшу в интернет твой «рекламный» ролик. Знаешь, как любит молодёжь женщин твоего возраста? Отбоя не будет! Станешь знаменитой! Повесят твою фотку на доску почёта работниц сексуальных услуг!

Она молчала, смотря на меня испуганными глазами. На секунду показалось, что женщина готова упасть на колени, целовать ноги, просить пощады.

И тут в голове промелькнула дерзкая, пошлая мысль о которой никогда не мог даже подумать.

— Однако готов предложить тебе выбор …, — начал спокойно излагать свой план. — Если, конечно, хочешь …, шлюшка …, исправить положение.

— Какой выбор? Что ты хочешь, Серёженька? — подняла она голову, заискивающе, как маленький щенок, смотря на меня, совершенно не обращая внимания, что обзываю её таким оскорбительным словом.

Я улыбнулся, не в состоянии произнести задуманное взрослой женщине, тем более сестре, хотя и сводной, матери, посмотрел ей в глаза. Да, она готова была на всё, лишь бы не воплотил в жизнь то, что пообещал и смог помочь ей.

— Всё останется так, как и было. Я тебе даже помогу с долгом, но при одном строгом условии! — медленно произнёс, не отводя от неё взгляда.

Тётя Света вытерла ладонями щёки и покорно произнесла:

— Сделаю всё, что угодно, о чём бы ни попросил, Серёженька. Прости, что плохо относилась к тебе …

— Ой …, совершенно не то говорю …, — заискивающе залепетала тётушка, надеясь, что я предложу ей больше не жаловаться на меня матери. — Я к тебе очень хорошо отношусь. Очень! Даже не можешь представить как! Люблю! Но ты первый начал плохо относиться ко мне и я по женской глупости ответила взаимностью, хоте не хотела этого …

— Прости меня. Сделаю всё что угодно, о чём бы ты меня не попросил!

Я откинулся на спинку компьютерного кресла и пристально посмотрел оценивающе на неё, сделав небольшую паузу, прежде чем продолжить разговор:

— Молодец Светик, я знал, что ты умная девочка. Если этот ролик никто больше не увидит, и помогу отдать долг, то ты сделаешь всё, что я скажу?

— Конечно, Серёженька, между нами будут совершенно другие отношения, сделаю всё, что скажешь …

— Не знаю, как ты к этому отнесёшься, но требование у меня одно и очень простое. Тебе не составить труда его выполнить. Ты согласна?

— Серёженька, конечно согласна! — радостно засветились женские глазки, и улыбка заиграла на лице.

Я посмотрел на неё и, собравшись с духом, произнёс:

— Хочу, чтобы ты стала моей женщиной!

Тётушка глупо улыбнулась, удивлённо посмотрела на меня:

— Серёжа, я тебя не понимаю. В каком смысле?

— В прямом смысле! — резко ответил ей.

— Нет, не могу понять, что ты подразумеваешь под этим …, — заёрзала на стуле.

— Женщиной … полностью … подчиняющейся … мне! — наклонился к ней и произнёс, выделяя каждое слово. — Которой … могу … пользоваться …, как захочу!

— Я с тобой спать должна? — от удивления задрожал её голосок.

— Это я сам решу! — стальные нотки звучали в голосе. — Будешь моей личной шлюшкой!

— Твоей шлюшкой? — Светлана Фёдоровна ахнула и чуть не упала со стула.

— Серёженька, о чём говоришь? Ты не в своём уме? — испуганно женщина посмотрела на меня. — Всё что угодно, только не это. Этого не может быть …, я сестра твоей мамы …, твоя тётя …, да и старше тебя насколько …

Пути назад не было. Любая мягкость сейчас могла привести к непоправимым результатам, эта хитрая сучка ещё сможет сделать меня виноватым. Обвинить перед матерью. Я резко прервал её, злобно крикнул:

— Заткнись! И слушай! Это не дебаты! Да или нет! Да — ты моя шлюшка, сексуальная игрушка и никто не узнает про тебя то, что знаю я. Долг завтра будет погашен. Достану денег, а потом отдашь. Нет — ты порнозвезда и проститутка с вытекающими последствиями. Муж, думаю, не сильно обрадуется этому, выгонит тебя. Мама тоже не проявит восторга, и вряд ли ты окажешься ещё когда-нибудь у нас дома. Но, а из положительного, в этом случае — тебя будут все знать, просить автографы …, и бабки будешь зарабатывать, расставляя ножки и открывая ротик …

— Думаешь, они с тебя слезут? Послезавтра на окружной дороге будешь стоять без нижнего белья! С размалёванным лицом, как у последней шалавы! И будут тобой пользоваться всякие прыщавые юнцы и старые пердуны! Раздолбают так, что в раскорячку ходить будешь!

Я сделал паузу, пристально смотря на неё, и она стыдливо опустила глаза. Слёзы вновь потекли по щекам.

— Ладно, вижу, не хочешь выбора, — чувствуя незримую власть над ней, тихо произнёс, поворачиваясь к монитору. — Не надо тянуть время. Будем на твоём видео зарабатывать деньги. Поместим его в интернете …

— А они сами с тобой разберутся …, меня не касается …, как будешь отдавать долг.

— Что это за выбор? Это шантаж! — всхлипнула она. — Ты ещё хуже их …

— Это, конечно, трудный выбор, но, по крайней мере, решать тебе. Из двух вариантов надо выбирать меньшее зло, — спокойно произнёс, совершенно не растроганный я женскими слезами. — Ну, что отправляю файл на просмотр? Делаем девушке по вызову рекламу? Ссылку на твой телефончик и адрес давать? Уже сегодня отбоя от звонков не будет! Иди, подмывайся, делай клизму, готовься к приёму гостей!

— Какую цену за час ставить? — бросил на неё безразличный взгляд.

Ой, каким умоляющим взглядом она посмотрела на меня! И я понял, что другого выхода у неё нет! Фригидная сучка будет согласна на всё!

— Я … сделаю всё …, что ты скажешь …, — неожиданно пробормотала Светлана. — Я согласна …

— Ты уверена? Не пожалеешь об этом? — скептически бросил ей. — Не будешь ко мне относиться хуже, чем к ним?

— Уверена …, не пожалею …, буду к тебе хорошо относиться …, — произнесла, опуская глаза и тихо добавила. — А с деньгами как?

— Если всё сделаешь сегодня, как скажу, будешь хорошей девочкой, то завтра утром деньги получишь, — пристально смотрел на неё. — Согласна?

— Ты не обманешь?

— На счёт денег? — усмехнулся, удивляясь покорности наглой бабы. — Возьму у друга, это не проблема …, а ты напишешь расписку. Потом отдашь …

— Но в остальном, ты всегда можешь отказаться от своего выбора, а я от обязательства хранить нашу тайну. Согласна?

— Да! — ответила Светлана, вставая со стула и как покорная ученица, опуская руки по швам, уткнувшись взглядом в пол.

— Молодец, думаю, сделала правильный выбор. А теперь ляг животом на письменный стол …

Светлана угрюмо посмотрела на полированную поверхность, подошла к столу и наклонилась вперед, ложась, животом на холодную древесину.

— Оголи попку, задери подол, — властные нотки зазвучали в моём голосе.

Она бессознательно, не отдавая отчёта своим действиям, ухватилась за край халата и потянула вверх, обнажая прикрытые белыми трусиками пухленькие ягодицы.

— Сначала ты должен быть наказана за все те неприятности, которые испытал из-за тебя …, — спокойно произнёс, доставая из ящика широкий кожаный ремень, которым в детстве меня лупцевала мать.

Я взялся за резинку трусиков и потянул вниз, обнажая белоснежные полушария, глубокую расщелину между ними. Они скользнули по ножкам и опустились на щиколотки. К моему удивлению, она даже не дёрнулась, покорно относясь к этому.

Раздался шелест ремня, разрезающий воздух и Светлану обожгла резкая боль. Она вскрикнула, когда ремень вновь врезался в нежную плоть. Удары шли один за другим, жгучая боль пробивала нежное тело, пока не насчитал десять ударов.

Ягодицы Светланы стали красными, горели огнём. Она тихо всхлипывала, не зная, что ожидать от меня дальше.

Я торжествовал! Эта злобная сука у меня в руках! Вырвал жало из её уст!

— Думает, наверное, что сейчас буду с ней совокупляться, как тот козёл, — улыбнулся про себя. — Но нет, ты сама попросишь меня об этом …, а я ещё буду рассуждать, наслаждаясь твоим унижением.

— Мне надо уйти. Буду к обеду, часа в два, — голос хозяина самки зазвучал в комнате. — В холодильнике есть водка, опохмелись рюмочкой, ну двумя, не больше. Понимаю, как тебе сейчас тяжело. Но мне не нужна пьяная сучка! Надо прекращать тебе пить. Можешь отдохнуть, поспать. Хорошенько подумай, может, откажешься от своего выбора. Если нет, то по первому требованию жду у себя в комнате. Полностью голой!

— И не думай уничтожить запись! Не сможешь, хоть разломай компьютер и выброси его. На нём только копия …, а остальное в надёжном месте.

— Но там не только эта запись …, но и …, — соврал, рассчитывая на то, что она многого не помнит, когда бухала с подружками. — Думаю, догадываешься с кем? Ещё много интересного!

Всё, — небрежно хлопнул ладошкой по ягодице, — поднимайся и уходи.

Она встала, натянула трусики, одернула подол и молча вышла из комнаты, не в состоянии посмотреть на меня, скорее всего удивляясь, почему больше ничего с ней не сделал, не воспользовался соблазнительными дырочками.

***

Полностью голая женщина лежала животом на письменном столе, а я наносил удары лозиной, предусмотрительно выломанной в сквере возле дома, не только по белоснежным ягодицам, но и обнажённой спине. Она громко вскрикивала при каждом ударе, слёзы текли по щекам, а ярко-красные полосы всё четче вырисовывались на бархатистой коже. Ещё никто и никогда, скорее всего, не наказывал раньше её так! Ей, наверное, казалось, что попка не только ярко-красная, но уже и кровоточить. Конечно, физическая боль ни в коей мере не могла сравниться с душевной болью …, моральным унижением …, но она терпела. А куда ей деваться?

Когда всё закончилось, я пристально посмотрел на темную расщелину между пылающими ягодицами, ожидая, когда Светлана перестанет плакать. Коричневая розочка анального отверстия, пухлые половые губки покрытые черными волосиками приводили в состояние безумия. Мой член был настолько тяжёлым, что в нём чувствовалась боль при каждом ударе сердца.

— Поднимайся и повернись ко мне, — через некоторое время произнёс властным голосом.

Света поднялась и обернулась, вытирая ладонями слёзы, бросив взгляд на мой член, бесстыдно торчащий под эластичной тканью спортивных брюк. Возможно, такого здорового она никогда не видела, но думаю, это мало интересовало фригидную бабу. Как я понял за время знакомства с тёткой, секс с мужчинами для неё не имел значение. Ей никогда не нравилось заниматься любовными утехами с ними. Так как те, немногие, которые воспользовались её природными отверстиями, быстро справляли свою потребность, оставляя женщину в разочаровании. Да и кончала ли она когда-нибудь? Испытывала оргазм? Сомневаюсь!

Я молча стоял и смотрел на неё. От женского внимания не ускользнуло, как дёргается член, под тканью брюк, рассматривая её обнажённое тело. Мой взгляд с груди опустился ниже, скользнул по довольно пышной, не аккуратной лужайке кучерявых волосиков на стыке бёдер. И она, заметив это, осторожно наклонилась к столу, слегка приподнимая левую ногу, обнажая висячие половые губы и розовую щель между ними.

Её не интересовал секс, но женщина прекрасно знала, как раздразнить мужчину своим обнажённым телом. А оно было прекрасно! Ещё та сучка, тётя Света, в свои тридцать семь лет великолепно знала, что предложить молодому мужчине, и от чего ему трудно будет отказаться. Как покорить запретными прелестями женского тела, стать повелительницей.

У женщины небольшого роста, не смотря на лишний вес, грудь, талия, бёдра и ножки были настолько гармоничны, что без содрогания и ноющей боли в паху на неё нельзя было смотреть.

— Если хочешь …, — сексуальным голоском прошептала она, соблазнительно взмахивая длинными ресницами, пытаясь взять контроль над ситуацией, в свои руки, — … можешь воспользоваться …, я не возражаю …

Я улыбнулся и сел в кресло, поднимая указательный палец вверх:

— Молодец, хорошая девочка! Ты готова, но я нет! Когда появится желание воспользоваться твоим влагалищем, ротиком или анальным отверстием, узнаешь первая.

От удивления тётушка открыла рот. Ещё, наверное, никогда мужчины с торчащим членом не отказывались от её соблазнительных прелестей.

— А теперь слушай меня внимательно! — ощущал полную власть над Светланой. — За пререкание или неисполнение приказов — лозина! Но, конечно, ты всегда можешь уйти, я тебя не держу …, решай сама …

Она глупо улыбнулась, кивнула головой, и слёзки блеснули в глазах.

— Хорошо, я рад, что ты всё понимаешь и принимаешь правильные решения, — самодовольно произнёс с ухмылкой на губах. — Кто знает, это может тебе понравиться и ты нисколько не пожалеешь о своём поступке.

Эх, если бы Светлана знала, что только и мечтаю засадить ей по самые помидоры, но женщина сама должна умоляла воспользоваться её природными отверстиями, унижаясь, доставить наслаждение. Истекать соками, как последняя сучка, просить снизойти до неё …

Я приказал ей сесть на край стола и стянул с себя спортивные брюки, бросил на пол, смотря, как она с интересом наблюдает за торчащим, довольно приличного размера членом, с повисшей на кончике прозрачной капелькой.

— Разведи ноги! — приказал, наблюдая, как между бёдер в полной красе появились пухлые валики половых губок с розовой расщелиной.

— Ласкай себя! — безапелляционно бросил, смотря ей в глаза.

Женское лицо мгновенно покраснело. Светлана прекрасно поняла, чего хочу от неё. То, что эта гордая и неприступная сучка не занималась перед мужчинами таким никогда, у меня не вызывало ни малейшего сомнения! Небольшой животик инстинктивно задрожал в предчувствии нескромной ласки. Для неё это было ужасно стыдно! Но выбора, как думал, нет!

Женская ладонь накрыла заросли кучерявых волосиков внизу животика, указательный пальчик скользнул в расщелину между нежными складками кожи и медленно задвигался то вверх, то вниз. Удивительно, но киска была совершенно сухой, как пустыня Сахара!

— Оближи пальцы! — улыбаясь, властно произнёс. — Ты действительно фригидная, совершенно холодная сучка? Там у тебя всё сухо!

И она не проронив не слова, плюнула на пальцы и скользнула в расщелину между красивыми половыми губками, выглядывающими из густого куста черных волосиков. Я смотрел на это изумительное зрелище, чувствуя удары сердца в налившихся кровью гениталиях. На секунду показалось, что ещё немного, и он взорвётся, не выдержав напряжения.

— Смотри на член! — злобно вырвалось из меня. — Лучше ласкай!

— И клитор! — охватил ладонью стальной стержень и медленно погладил его. — Если не хочешь, чтобы опять взял розги!

Светлана уставилась на меня, наблюдая, как кулачок скользит по разбухшей плоти. Её указательный пальчик глубоко нырнул в киску, а большой — скользил вокруг клитора. И сразу заметил, что она начинает возбуждаться, между половыми губками появились соки любви.

Движение женских пальчиков становилось всё быстрее, и вскоре заскользили от клитора до коричневой розочки заднего прохода. Дыхание Светланы стало прерывистым, а моя ладонь продолжала скользить по вздыбленной плоти, увеличивая темп.

Я встал с кресла и подошёл к ней, располагаясь между расставленных ног. Светлана пристально смотрела, как моя рука яростно ласкает истекающую соками плоть, и мне показалось, что её лицо преобразилось. Я был всего в нескольких десятках сантиметрах от женщины, сидящей на столе с расставленными ногами и лихорадочно теребящей клитор. Промежность была совершенно мокрой, влагалище пузырилось, испуская слюни. Не было никакого сомнения, что тётка возбуждена и такого рядом с мужчиной не испытывала давно. Если когда-нибудь что-то подобное испытывала вообще эта фригидная баба!

Внезапно внизу живота закрутило, и я придвинулся бедрами ещё ближе к ней. Возможно, она подумала, что сейчас воспользуюсь соблазнительной, истекающей соками киской …, но нет. Член резко дернулся, задрожал, и начал выплёвывать поток горячей спермы, забрызгивая женщине живот и ноги. От шока происходящего, Светлана замерла, смотря, как заворожённая на содрогающийся в конвульсиях член. Но через секунду сгусток, попавший на грудь, на потом другой — на подбородок, привели её в чувство.

Женские пальчики бешено затеребили клитор.

— Прекрати! — резко выкрикнул, как только пришёл в себя.

Смущённая Светлана остановилась и с непониманием посмотрела на меня:

— Почему? Ты же сам сказал …

— Ты не имеешь права кончить, пока не разрешу! — жёстко приказал ей. — Без моего разрешения ласкать себя запрещаю! Иначе будешь строго наказана! Понятно?

— Да …, — покорно произнесла она, смущённо убирая ладонь с промежности и наблюдая, как сгусток спермы с груди капнул на живот и медленно потёк к пупку.

Надев спортивные штаны, я повернулся к Светлане и тихо произнёс:

— Ухожу надолго. Но это в основном по твоим делам, займу у друга денег. Наведёшь здесь порядок, приготовишь ужин …

— Сделаешь без замечаний, наказания лозиной не будет …, — не дождавшись ответа, резко повернулся и вышел из комнаты.

Я был счастлив! Всё началось так хорошо, что даже представить не мог. Теперь у меня появилась возможность сделать из фригидной, вредной сучки прекрасную, любезную женщину, согласную на всё.

— У меня будет шлюшка умоляющая снизойти до неё, воспользоваться её прелестями и всеми природными отверстиями для удовлетворения моей похоти, — улыбнулся этой мысли. — Без всяких сомнений!

И я знал, как это сделать!

— Это хорошо, что Светка завелась и не смогла кончить. Ей не привыкать, не в первый раз …, пусть теперь помучится …

***

Шёл уже десятый час, когда вернулся домой. Чистота и порядок в квартире истинно порадовали меня. А ещё совсем недавно тётка жаловалась матери, обвиняя в том, что не слежу за порядком не только в квартире, но и в своей комнате.

Она спала в зале на диване.

— Света, — тронул женщину за плечо.

Она сразу вскочила, открыла глаза и начала оправдываться:

— Серёженька, я только легла, ожидая тебя. Не прошло и десяти минут. Всё сделала, как ты сказал …

Женщина смотрела, как собачка, на хозяина, ожидая поощрения, а не наказания.

— Всё отлично Света, — провёл ладонью по её пышным волосам. — Молодец!
— Ну и для тебя сделал всё, как обещал, — пристально посмотрел

в широко раскрытые глаза. — Нашёл деньги. Будешь так и дальше хорошо себя вести, завтра получишь, и кошмар с долгом закончиться.

Она улыбнулась и вздохнула с облегчением.

— Спасибо Серёженька, — заискивающе залепетала она. — Как я благодарна тебе.

И показалось, что она готова выполнить любую, самую безумную сексуальную фантазию, лишь бы угодить мне без всякого приказа и насилия.

— Света, мне кажется у тебя проблема с одеждой …, — улыбнулся, продолжая гладить её волосы.

— Что ты имеешь в виду? — напряглась, нервно спросив.

— Я имею в виду, что твое прекрасное тело закрыто, — ласково произнёс, улыбаясь ей. — Разве оно не красиво и не сексуально?

Светлана глупо улыбнулась и молча кивнула головой.

— Сними всё …, — тихо произнёс, неопределённо показывая на неё рукой. — В нём нет необходимости …

Она встала, быстро и безропотно развязала поясок халатика и сняла его, оставаясь в одном нижнем белье. Я улыбнулся и кивнул головой, одобряя её и словно бы говоря:

— Дальше …

Не поднимая на меня глаз, Светлана запустила руки за спину и расстегнула бюстгальтер. Через секунду великолепные белоснежные булки со светло-розовыми ареолами вокруг сосцов соблазнительно болтались передо мной. Она потянула резинку трусиков вниз, подняла левую ногу и инстинктивно сжала бёдрами промежность, увидев нескромно оттопыривающий ткань брюк член. Соски сразу стали торчком и я понял, что киска фригидной дамочки пузыриться, начала испускать слюни.

— Света, я рад за тебя …, — улыбнулся ей. — Твоё тело начинает предвкушать приближение к сексу?

Она стеснительно улыбнулась и аккуратно положила трусики на стул. Но мной не осталось не замеченным мокрое пятнышко на них.

Раздевшись вслед за ней, я сел на диван и тихо произнёс:

— Готова Света стать моей шлюшкой?

Она молча кивнула, не поднимая взгляд. Да, ей ещё было стыдно признаваться открыто в этом.

— Извини, но я тебя не слышу …

— Да …, — жалобно пискнула она, не поднимая головы.

— Что да? — не унимался, стараясь полностью сломить её, понимая, как женщине унизительно говорить такие слова.

Она подняла на мгновение взгляд и снова опустила подбородок.

— Да …, — сгорая от стыда, еле слышно промолвила она. — Я стану … твоей шлюшкой …

Я торжествовал, но своим поведением старался не подать вида.

— На колени передо мной! — властно слетело с губ.

И Светлана покорно стала на колени между широко расставленных ног, вальяжно развалившегося хозяина на диване. Обе ладони сразу крепко обняли женскую голову и потянули к паху, где из густых зарослей торчал нефритовый стержень с капелькой слизи на кончике бордовой, распухшей головки.

Без какой-либо команды и возражения женщина беспрекословно открыла ротик и закрыла глаза, как на приёме у стоматолога. Головка жёсткого члена коснулась пухленьких губок, медленно начала скользить по ним оставляя за собой влажный след. Я специально не хотел сразу проникнуть в ротик, ожидая, что она сама захочет этого. И через пару минут женские губки, к моему восторгу, попытались обхватить головку.

И дрожащий от напряжения член быстро скользнул глубоко в ротик, головка коснулась горла. От неприятных ощущений, Светлана, попыталась откинуть голову назад, но я удержал в таком положении её несколько секунд. Слезы выступили на глазах женщины, дыхание остановилось, показалось, что она сейчас вырвет.

— Тяжело? — усмехнулся, отпуская её. — Но ты не думай, что всё будет легко!

— Серёженька, — взмолилась она. — Я никогда не делала этого раньше …

— А с мужичком на диване? — с недоверием бросил ей. — Это был первый раз? Кто у нас не первый, тот всегда второй?

— Серёженька, я правду говорю, — всхлипнула Светлана. — Он меня изнасиловал …, ничего не помню …

— Скажи, как и я всё сделаю …, — произнесла она с дрожью в голосе. — Научи меня …, правда, хочу сделать тебе хорошо …, приятно …

— Такая взрослая девочка и не знаешь, как это делаться? — усмехнулся, наслаждаясь её покорностью. — Ну, ладно …

— Возьми член в ручку, — произнёс ученице, с наслаждением наблюдая, как тоненькие пальчики с ярко накрашенными ноготками обхватили толстую плоть, чуть ниже головки.

— Немножко крепче, не бойся, не раздавишь …, — руководил её действиями. — Теперь медленно двигай кулачком вверх и вниз.

— Молодец, правильно, Светик …

— Другой ручкой нежно обхвати яички …

— Так, хорошо …, — ласково провёл ей ладонью по голове. — А теперь лизни язычком …, почувствуй его вкус …

Светлана наклонилась и лизнула кончик истекающей соками бордовой головки, продолжая медленно двигать сжатым кулачком по напряжённой плоти, то вверх, то вниз.

— А теперь потихоньку начинай сосать …, — с нотками наслаждения зазвучал мой голос в тишине комнаты. — Ласкай язычком …

Она обхватила горячими губками бархатистую плоть и слегка втянула в себя, нежно посасывая, как петушка на палочке. Миллиметр за миллиметром он всё глубже проникал в женский ротик. Света крепко держала его в ладони, обсасывая и лаская язычком головку. И вскоре она полностью скрылась между губок. И неожиданно женщина всосала его так, что появились глубокие ямочки на щеках, но вдруг резко отпрянула, выпуская разбухшую плоть из-за рта, дразня чувствительную головку губками.

— Молодец …, хорошая ученица, — улыбнулся ей, и мне показалось, что женщине это доставляет удовольствие, — продолжай в том же духе …

Она улыбнулась, подняв голову и вновь наклонилась, обхватывая губками подёргивающийся член, продолжая скользить по нему сжатой ладонью и нежно лаская яички, слегка массируя их.

Моё дыхание стало прерывистым, чувствуя, как волна оргазма начинает поднимать на гребень, а движения Светланы, предчувствуя это, всё быстрее и быстрее.

От нахлынувших чувств, мои руки обхватили её голову, и она со страхом подняла на меня взгляд, словно бы крича:

— Серёженька, не надо, пожалуйста! Я так задохнусь!

— Не бойся! — резко выдохнул, смотря на неё. — Не останавливайся, продолжай, я не сделаю тебе плохо …

И мне показалось, что она начала успокаиваться, в таком же темпе продолжая ласкать гениталии. Ой, как это было приятно! Её пухленькие губки просто были созданы для орального секса!

— Я кончу сейчас тебе в ротик …, — тяжело дышал, чувствуя приближение оргазма. — Но ты не выпускай его, продолжай сосать …

— Не смей бросить! — только успел выкрикнуть, как сгусток горячий спермы брызнул ей в рот. — Соси! Глотай!

Она давилась, не в силах проглотить бурный поток. Ручейки стекали из уголков губ, капали на грудь, а я никак не мог остановиться. Она лилась из меня, как вода из лопнувшей трубы.

Но вскоре он обмяк, испустив последнюю каплю, а она продолжала нежно ласкать его, ожидая того момента, когда разрешу выпустить вялую плоть из-за рта.

— Это было потрясающе, Светлана! — смотрела на меня женщина, размазывая остатки беловатой слизи по подбородку ладонью, ожидающая одобрения за свои труды. — Тебе, наверное, нет равных соперниц в оральном сексе! Ты уверена, не обманываешь, что не занималась никогда этим раньше?

Света глупо улыбнулась и отрицательно покачала головой.

— Не знаю, но почему-то верю тебе …, — улыбнулся тётушки. — Если бы так отсосала тому парню, то он бы на всё согласился … и простил тебе долг …

— Серёжа, — надула женщина губки, — зачем ты вспоминаешь об этом …, мне очень неприятно …

— Ладно, не буду, — погладил её по волосам. — За такую работу ты заслуживаешь награды!

— Иди сюда …, похлопал ладонью по коленкам, — … садись …

Женщина скромно опустила взгляд и беспрекословно села ко мне лицом, обступая широко разведёнными ногами бёдра. Сразу же потянулся к её устам, и нежно поцеловал мягкие красные губки.

Она улыбнулась и сама, без приказа, наклонилась вперёд, целуя меня. Наши уста слились, языки ласкали друг друга, ладонь заскользила по левой груди, нежно теребя сосочек. Он сразу стал ещё больше, как рожок у козочки.

Мои уста бродили по бархатистому телу, целуя шейку, покусывая мочку ушка, чувствуя, как гениталии вновь набирают силу. Член поднялся, уткнулся в кустарник жёстких волосиков между её бёдер. И я почувствовал, как по нему стекают, капают на яички соки, испускающие влагалищем, готовым принять мужскую плоть.

И теперь уже Светлана, тяжело дыша, целовала мою шею, покусывала ушки, обняв руками за спину, сильно прижимаясь мягкой грудью.

Слегка оттолкнув её, я наклонился и обхватил губками торчащий сосочек, нежно всосал в себя. Она, глубоко вздохнула и прижала руками мою голову к груди. Не было сомнений, женщина не играла — испытывала настоящее наслаждение!

Натешившись левой грудью, коснулся правого сосца. Рука скользнула вниз, к женской промежности. Пальчики коснулись вздувшегося грибочка клитора, вырвав из её горла тихий стон и проникнув во влажную расщелину, быстро нашли вход в глубину животика.

Светлана, тихо постанывая, пошла навстречу, медленно двигая бёдрами, стараясь, как можно глубже помочь погрузить пальчики в разгорячённое чрево.

Её тело пылало. Для меня не было секретом, что нескромные прикосновения вызывали волны наслаждения. Не знаю, но возможно она никогда не чувствовала себя так. Теперь уже тётушка громко стонала, зажмурив глаза, всё быстрее двигая бёдрами от моих ласк киски и груди.

Она была настолько близка к оргазму, что ещё мгновение, и … я остановился.

Света словно испугалась, открыла глаза и вопросительно посмотрела на меня.

— Извини Светик, — пренебрежительно улыбнулся ей, — у меня дела. Нет времени дрочить твой клитор целый день!

— Но …, нет …, пожалуйста, Серёженька …, — унизительно, бессвязно пробормотала она, — …ты не можешь так … со мной поступить …

— Могу! — грубо бросил ей. — Ещё как могу!

— И не вздумай пытаться кончить сама! Узнаю — накажу! — сурово прикрикнул на неё. — Отхлещу лозиной так, что уссышься! И денег не дам!

— Да …, Серёжа …, — тяжело вздохнула она и встала с моих бёдер.

Любопытная смесь разочарования и гнева блеснула в женских глазах. По правой щеке скользнула слеза, а по внутренней стороне бедра — соки истекающей от желания самки. Да, Светлана никогда, наверное, не была так близка, испытать удовольствие с мужчиной, а тут резко отказали ей, это было очень жестоко. Она смотрела на меня, как собака, у которой вырвали из зубов сладкую кость!

— Не переживай, Света, — спокойно произнёс, вставая с дивана и беря её за подбородок. — Посмотри мне в глаза. Ты моя шлюшка, и твоё удовлетворение завесить только от меня! Я знаю, как это сделать!

Сомнение мелькнуло в её глазах.

— Тебе было сейчас приятно? Начала наслаждаться сексом с мужчиной? Ты быстро к этому привыкнешь. Захочешь ещё большего. Тебе понравиться, я в этом уверен!

Она опустила голову, только я убрал руку от её подбородка, бросив взгляд на торчащий член.

— Не волнуйся за меня, — усмехнулся, проводя ладонью по щеке. — Иду в ночной клуб, а там он пригодиться …

На секунду тётушка подняла голову и в глазах блеснула ревность, а может даже ненависть ко мне.

— Чем меньше женщину мы любим,

— Тем легче нравимся мы ей

— И тем её вернее губим

— Средь обольстительных сетей, — удовлетворённо пролетел в голове отрывок поэмы.

Как умно и поучительно! Не стоит женщине показывать, что готов на всё, прогибаться

под неё. В противном случае она сразу потеряет к тебе интерес, станешь априори рангом ниже, чем она. Лучше всего флиртовать и не раскрывать карты, немного пренебрежительно, безразлично относиться к ней. Пусть сама додумывает, как на самом деле обстоят дела. А женский мозг, весьма коварная штука! Он нарисует такое, что ужас берёт! А если дама узнает, что пренебрегаешь её прелестями, которые так доступны и близки, выбираешь другую, то у неё вообще съезжает крыша …

— Иди, искупайся, — усмехнулся, чувствуя, что происходит у неё в душе, — и ложись спать …

— Спокойной ночи! Не жди меня …

День второй

Следующим утром я принял ванную и зашёл на кухню, с любопытством наблюдая, как Светлана спешит приготовить мне завтрак. Что-то заискивающее было в её поведении.

— О, уже есть результаты воспитания! — удовлетворённо пронеслось в голове. — Интересно, как она отнеслась к тому, что вчера в ночном клубе удовлетворил свою похоть с другой дамочкой, отказался от неё? А может, думает, что занялся онанизмом, вспоминая её прелести?

Она поставила тарелку на стол и хотела уйти, но я остановил:

— Тебе когда деньги отдавать?

— Сегодня …, — еле слышно буркнула она.

В голосе проскочили нотки неудовлетворённости, скрытой обиды. Не было сомнений, что пренебрежение её прелестями, уход к другой женщине, сделал своё дело.

— Понятно, что сегодня. В котором часу?

— Надо позвонить, — тихо промямлила, стоя рядом со мной, нервно сжимая ладонью пальцы другой руки.

Я начал медленно жевать, а рука нырнула под подол юбки, скользнула по бедру. От нескромного прикосновения Светлана вздрогнула, по коже побежали мелкие мурашки, но не сдвинулась с места, оставаясь стоять рядом со мной.

Кончики пальчиков прошлись по ажурной ткани трусиков, нежно вталкивая её между мягких складок половых губок. Продолжая безразлично жевать, я изучать женское влагалище, ощущая, как ткань трусиков становиться мокрой. Её киска увлажнялась, а лицо горела от стыда.

Продолжая безмятежно есть, я оттянул ткань трусиков в сторону и провёл пальчиками по влажным половым губкам. Удивительно, но она слегка развела бёдра, открывая доступ к промежности. И они осторожно скользнул в расщелину, ища вход в глубину животика. Быстро найдя его, два пальчика скользнули внутрь, заставляя женщину тяжело вздохнуть и слегка присесть, ещё сильнее разводя бёдра, насаживаясь на них.

Но они почти сразу выскочили из женского чрева, медленно побежали по влажной расщелине, поигрались с разбухающей вишенкой клитора и нырнули вновь с истекающую соками пещерку, надавливая на ребристую поверхность передней стенки влагалища.

— Ну и что у нас здесь? — спокойно спросил. — Кажется, моя холодная тётушка превращается в похотливую шлюшку?

Светлана промолчала, прикусив губу. Я прекрасно понимал, что ей ужасно стыдно за свою покорность, за испускающее слюни влагалище. Оно наполнено соками и дрожит от моего прикосновения, идёт навстречу.

Закончив есть, я неожиданно для неё, вытащил мокрые пальцы из глубины животика, убирая руку из-под подола.

— Светик, — тихо произнёс, выставляя два пальца перед ней, — оближи, сделай их чистенькими.

Она в нерешительности посмотрела на них, не зная, как поступить.

— Тебе два раза повторять! — стальные нотки зазвучали в голосе. — Не заставляй меня ждать!

Она наклонилась и взяла пальцы в рот, пробуя на вкус мускусные соки своих выделений. Несколько секунд она пососала пальцы, и подняла голову, вопросительно смотря на меня.

— Вкусно? Понравилось?

Женщина глупо улыбнулась и неопределённо пожала плечами.

— В следующий раз, если заставишь ждать, то десять лозин по жопе обеспечено! — недовольно прорычал я.

— Пошли! — встал из-за стола, взял за руку и повёл в свою комнату, с наслаждением чувствуя её панику.

Женщина не знала, что ожидает там. Наказание или секс.

— Раздевайся! — приказал ей, снимая с себя одежду.

Света безропотно сбросила футболку, юбочку и нижнее бельё. Без всяких предисловий я положил её спиной на кровать, садясь на грудь.

— Тебя когда-нибудь имели между буферов? — пренебрежительно бросил, смотря в удивлённо раскрытые глаза.

— Нет …, — с непонимание хныкнула Света.

— Тогда на сегодняшнем уроке займёмся этим! — улыбнулся я.

— Для начала нам нужен мокрый стоячий член, — поучительно произнёс, хлопая головкой вялой плоти по пухленьким губкам.

Светлана безропотно открыла ротик и обхватила её губками, медленно всасывая в себя. Не прошло и полминуты, как член дрожал от напряжения, а она всё яростней начинала его сосать.

— Всё хватит, молодец, — остановил женщину, чувствуя, что ещё немного таких трудов, и я выплесну поток спермы тётушки в ротик.

Опустившись ниже её груди, я наклонился и нежно облизал язычком сначала левый, а потом правый сосочек, жадно втягивая их в себя. Сосцы сразу нахохлились, стали торчком. От первого прикосновения женщина тяжело вздохнула и закрыла глаза.

— Ух, какая у тебя чувствительная грудь! — выпрямляясь, одобрительно произнёс, начиная ласкать головкой члена мягкие белоснежные булки, с торчащими сосцами, окружёнными ореолами сморщенной кожи.

Торчащий стержень лёг в ущелье между ними, и я тихо пробормотал:

— Сожми их руками …

Светлана обеими руками сжала грудь, и я заскользил нефритовым стержнем между ними, двигаясь вперед и назад. От наслаждения липкая слизь сочилась из головки, измазывая бархатистую кожу, то скрываясь, то выскальзывая из расщелины между грудей.

— Глаза открой! Голову подними и старайся ласкать его губками, язычком …, принимай в ротик …

Удивительно, но тётушка была прекрасной ученицей. Она умело обхватывала его губками, сосала, когда он приближался к лицу. И даже пришлось сделать небольшую паузу, чтобы женщина насладилась, как можно глубже приняла его в рот.

— Сильнее сжимай! Сильнее! — прикрикнул на неё, начиная быстро двигать бёдрами между мягкой белоснежной плоти холмов, и поток спермы брызнул Светлане в лицо.

Она была измазана вся и лицо и грудь, когда я резко выдохнул, выбрасывая последнюю каплю.

— Ой, как хорошо …, — обессиленно выдохнул, валясь на бок.

Я лежал рядом с ней на спине, тяжело дыша, и она, не двигалась, ощущая, как сперма растекается по лицу и груди. Мне казалось, что я чувствую, как горит, изнывает от пожара её киска, желая освобождения от бешеного напряжения. Не было сомнения, что безумная страсть переполняет женщину.

— Очисти член …, — еле слышно бросил ей.

Она сразу вскочила и направилась к двери.

— Ты куда? — удивлённо приподнял голову.

— В ванную за полотенцем …, — простодушно произнесла Светик.

— Язычком вылижи меня! — усмехнулся я.

Она кивнула головой, и лицо покрыл лёгкий румянец. Послушно женщина склонилась над пахом, и по моему телу заскользил нежный язычок, вылизывая остатки спермы.

— Всё, достаточно! — встал с кровати. — Убери на кухне и напиши расписку в получении денег. Образец лежит на столе. Звони этому козлу и договаривайся о встречи. Только все документы у него забери и возьми расписку в получении денег. А я в душ.

Когда вышел из ванной комнаты, Света стояла в коридоре, набросив на голое тело халат, убрав с лица следы любовной утехи.

— Я всё сделала, написала расписку, позвонила. Надо быть у них в офисе через час, — как послушная ученица отчитывалась перед преподавателем.

— Света, — тяжело выдохнул, смотря на неё, — ну что это за одежда? У тебя разве нет ничего более подходящего? Зачем скрываешь своё тело?

Она заискивающе улыбалась, смотря мне в глаза.

— У тебя же есть красивая расклешённая юбочка, а блузок — миллион! — погладил её по плечу. — И никакого нижнего белья! Оно совершенно лишнее! Так что дома одевайся только так!

— Ладно, иди хоть помойся, не поедешь же в таком виде, — улыбнулся, видя на её шее небольшой участок засохшей спермы. — А то тебя там сразу раком поставят!

Она улыбнулась и скользнула в ванную комнату, закрывая за собой дверь на защёлку.

— Не до конца ещё воспитал сучку! Закрывается от меня! Но ничего, не обратим пока на это внимания …, у нас ещё длинная дорога впереди …

— Ублажать себя, что ли собралась? — засмеялся, прекрасно представляя состояние женщины. — Пусть поиграется! Для неё это полезно …

День третий

Я вернулся только на следующий день, к обеду, отлично в компании проведя время. Она не услышала, как открыл дверь и зашёл в квартиру. Светлана сидела на диване, увлечённо читая книгу. Её прекрасные ножки почти полностью выглядывали из-под подола коротенькой расклешённой юбочки, а сквозь тонкую, полупрозрачную ткань розовой блузки слегка виднелись сосочки, окруженные темными ореолами. Аккуратный, но несколько вызывающий макияж, делал женское лицо очень соблазнительным. Она была чертовски хороша!

Гениталии сразу заныли, и через мгновение почувствовал, как член упёрся в жёсткую ткань джинсов.

— О, Серёженька, это ты? — вздрогнула тётушка от неожиданности моего появления перед ней.

— Ждала меня? — с насмешкой спросил её. — Скучала?

Она улыбнулась, не зная, что ответить, неопределённо пожимая плечами.

— Ты вела себя хорошо? — сел рядом с ней, слегка приподнимая подол юбки.

Трусиков на ней не было.

— Да …, — тихо мяукнула женщина.

— Вот и отлично, — провёл ладонью по бархатистой коже бедра. — Значит, заслужила награду! Хочешь получить её?

— Какую награду? — осторожно спросила Света.

— Ну, например, поцеловал твою киску, поласкать язычком, — нежно погладил её по голове. — Тебе это понравиться!

Она улыбнулась, но испуг блеснул в глазках. Вполне возможно, что никто ей не делал этого раньше.

— А это хорошо? — тихо произнесла Светлана, слегка краснея и опуская глаза.

— Поверь мне, это не хорошо, а прекрасно! — улыбнулся ей. — Испытаешь несказанное наслаждение! Ложись на диван …

Не проронив не слова Света, положила книгу и легла на диван, смотря, как я раздеваюсь. Напряжённый член выскочил из штанов, и женщина стеснительно отвела взгляд.

Став перед ней на колени, осторожно начал поднимать подол расклешённой юбочки, а она слегка подняла попку, позволяя задрать его на талию.

— Светик, — улыбнулся, смотря на густые, неопрятные заросли внизу животика. — Красивая женщина, а в интимой месте такие заросли, не порядок! Почему не ухаживаешь за ними?

— Прежде чем начнём, надо это всё убрать …

Лицо женщины ещё сильнее покраснело, и она тихо произнесла, пытаясь подняться:

— Сейчас Серёжа сделаю …

— Не беспокойся я сам.

Она покраснела ещё больше:

— Серёженька, может я … сама …

Не было никакого сомнения, ей очень стыдно, что я буду убирать растительность в столь интимном месте.

— Лежи …, я сейчас …, — тихо произнёс, направляясь в ванную комнату.

— Подними попку, — сказал, расстилая под ней полотенце.

Одной бритвой тут справиться было нельзя и в ход пошли сначала ножницы, обрезая длинные лобковые волосы. Я наслаждался этим, чувствуя, как гениталии всё больше наливаются кровью, отзвуки сердца в висках. Мускусный запах влагалища возбуждённой женщины наполнял комнату, когда аккуратно и нежно выбривал волосики в промежности. И вскоре её киска стала такой же голенькой, как у молоденькой девочки, ещё не достигшей половой зрелости.

Малые и большие половые губки выглядели совершенно по-другому, а головка клитора явственно выделялся под верхней точкой скрещения малых половых губок.

Светлана оставалась совершенно неподвижной, слегка прикрыв глазки и повернув головку на бок, на протяжении всей операции. Возможно, женщина боялась, что могу порезать или просто было стыдно, что мужчина, а тем более, племянник совершает над ней такие действия. Но мои прикосновения не остались незамеченными, киска истекала соками, а клитор увеличился, выглянул из-под капюшона, стал похожим на маленький грибочек.

— Теперь ты, как молоденькая девочка …, — спокойно произнёс, располагаясь между её ногами, нежно проводя пальчиком по истекающей соками расщелине, прикасаясь к распухшему клитору.

Светлана громко вздохнула, словно я дотронулся до какой-то кнопки, управляющей её состоянием.

Улыбнувшись, наклонился вперёд, и мой язычок коснулся мясистых вареников половых губок, скользнул во влажную расщелину между ними. Побежал, как горный ручеёк между скал, постоянно натыкаясь на твёрдый утёс жёсткого клитора, наслаждаясь вкусом нектара любви, а два пальчика скользнули внутрь, лаская ребристую поверхность передней стенки влагалища. При каждом прикосновении Света дрожала, плотно закрыв глаза, слегка сжимая губки. Не было никаких сомнений, наслаждение переполняло женщину! Такого она, наверное, не испытывала никогда!

Я игрался с ней. То жадно ласкал, то останавливался, наблюдая, как она приподнимает бёдра мне навстречу. Язычок бегал вверх-вниз, и она корчилась при каждом прикосновении. Неожиданно, он скользнул ниже, лизнул сморщенную розочку анального отверстия, и бёдра Светланы покрылись мурашками. Женщина тяжело дышала, инстинктивно двигая промежностью мне навстречу, соки бежали ручьями из разгорячённого влагалища.

Мои руки поднялись вверх, и пальчики ухватились за торчащие сосцы, прикрытые тонкой тканью блузки, сильно сжав их, потянув в сторону. Светлана вскрикнула, но я продолжал тянуть, покручивая из стороны в сторону.

Для меня не было сомнения, что ещё чуть-чуть и Светлана будет корчиться в сладострастных муках оргазма, и … я остановился. Поднял голову, вытер ладонью от её соков лицо.

— Нет …, Серёженька …, не останавливайся, — громко, почти криком, взмолилась она. — Пожалуйста …, прошу тебя …

Светлана обхватила руками мою голову и попыталась склонить её к промежности.

— Прости, но мой язычок устал! — безразлично бросил ей.

— Серёженька …, но ещё чуть-чуть …, я так близко …, — жалобно дрожал её голосок. — Пожалуйста …, я не могу этого вынести …

— Зачем так издеваешься надо мной!

— Что? — усмехнулся я. — Хочешь быть моей шлюшкой? Чтобы прикасался к тебе, сосал тебе клитор, заполнял спермой?

И приподнявшись, наклонился к её лицу, смотря в безумные глаза:

— Ты хочешь, чтобы я сношался с тобой? Ощутит, как мой член скользнёт в твою разгорячённую киску, заполнить твоё чрево? И горячая сперма плескается у тебя в животике? Скажи, это тебе надо?

У Светланы задрожали губка, когда она что-то попыталась ответить. На глазах выступили слёзы и, облизнув пересохшие губы, тихо прошептала дрожащим голоском:

— Я хочу …, чтобы ты меня …

И она замолчала, жадно облизывая губы. Ой, как тяжело было произнести это слово, прекрасно понимая, что это точка невозврата!

— Чтобы ты меня … вы…, — и с женских уст слетело матерное слово, определяющее сексуальные отношения между мужчиной и женщиной.

— Что Света, не расслышал? Извини …

— Пожалуйста …, — чуть не заплакала, ещё громче произнося опять это слово, которое не оставляло не малейшего сомнения в её желании, — … меня!

— Ты как-то неубедительно это говоришь …, — издевался над ней, стараясь добиться полного подчинения.

— Умоляю тебя …, — обняла и сильно прижала к себе, покрывая лицо поцелуями, — … заполни меня спермой! — Я хочу тебя! Пожалуйста …, умоляю, Серёженька! Ты хотел, чтобы я тебя просила об этом? И я прошу …, умоляю …

— Не надо меня бросать в таком состоянии …, я сойду с ума! Что ты делаешь? Не надо так издеваться надо мной …, прошу тебя …, — и она заплакала.

— Ладно …, — произнёс, стараясь быть, как можно спокойным. — Просьба тётушки для меня закон.

Но неожиданно остановился и вопросительно посмотрел на неё:

— Нет, Света не могу! Это же инцест!

— Нет никакого инцеста! — взмолилась она. — У нас с сестрой нет общих родителей!

— Они сошлись, когда мне было пять лет, а твоей маме девять!

— О каком инцесте ты говоришь?

Я промолчал и, подняв ножки, положив на плечи, глянул вниз на истекающее соками влагалище. Мясистые половые губки были раскрыты, ожидая вторжения. Головка члена прикоснулась к ним, и показалось, что они жадно пытаются ухватиться за неё, затащить в пещерку, ведущую в глубину животика, где находиться алтарь любви. Я слегка двинул бёдрами вперёд и тихо спросил:

— Что ты хочешь, Светик?

— Сношаться с тобой …, Серёженька! Трахни …, — изнывающим от сладострастия голоском вскрикнула она, — … как последнюю сучку!

— Кто ты, Света?

— Я шлюшка, Серёженька!

— Чья ты шлюшка?

— Твоя Серёженька, только твоя!

И я резко двинул бёдрами вперёд, вгоняя дрожащий от напряжения член в скользкое влагалище, чувствуя кончиком, как он уперся к шейке матки. Светлана застонала, выгнулась в пояснице …

Женщина глубоко дышала широко открытым ртом, сладострастно закрыв глаза, испытывая наслаждение. Сделав небольшую паузу, двинулся назад, почти до конца вытаскивая его, и через секунду ворвался вновь, хлопая яичками по ягодицам.

Мой член практически вновь выскочил из разгорячённого чрева, поигрался с входом в пещерку, ведущую к алтарю любви, и стремительно проскочил глубоко в животик. Она издала протяжный стон, а стенки эластичные влагалища с жадностью сжали его.

— Обалдеть! — воскликнул от удовольствия, начиная быстрее двигаться в ней. — У тебя киска хорошо сохранилась, как у молоденькой девочки!

Мощные толчки жёсткой, инородной плоти в истекающую соками киску доводили тётушку до безумия. Она дёргалась бёдрами навстречу, стараясь, как можно глубже принять в себя член, сильно сжав обеими руками грудь и пальчиками теребя сосочки. Это была уже не фригидная сучка, а умирающая от желания похотливая самка!

Сперма кипела в яйцах, и я закрыл глаза, навалился на неё, прижимая ноги к груди, всё быстрее двигая бёдрами, полностью сосредотачиваясь на ощущении скольжения в узеньком проходе разгоряченного женского чрева, чувствуя, как тётушка напрягается и выгибает спину. Не было сомнения, сейчас у неё наступит оргазм.

И плотину прорвало! Женщина дрогнула и закричала, когда волна оргазма подхватила её на свой гребень и со всего размаха бросила вниз. Она дрожала, корчилась подо мной, а волны сладострастия всё вырывались из глубины киски одна за другой, заставляя женщину приподнимать зад, идти навстречу раздирающей её плоти.

Мышцы влагалища плотно сжимали стальной стержень, сладострастные волны бежали по нему, и не было никакого сомнения, что тётушка испытывает изумительный оргазм, какого, наверное, не испытывала никогда. И тут не выдержал и я. Член вздрогнул, и поток спермы хлынул в пылающее чрево, пытаясь потушить пожар …

Успокоившись, я уже сидел на диване, а она продолжала лежать с разбросанными в стороны ногами, тяжело дыша. Её грудь вздымалась, по телу периодически пробегала оргазмическая дрожь, а из алой расщелины вытекала моя сперма вперемешку с её соками, расплываясь довольно приличной лужей под ней на диване. Женщина никак не могла прийти в себя.

— Моя маленькая шлюшка, — поцеловал торчащий сосочек, — теперь довольна? Понравилось?

— Серёженька, — довольно хихикнула она, обнимая и целуя в губы, — спасибо! Я такого не испытывала никогда! Поверь мне …

— Ты первый мужчина с кем испытала оргазм! — радостью светились женские глаза. — Не представляешь, что для меня сделал!

— Думала, что бабы врут …, хвастаются друг перед другом …

— До последнего мгновения не верила, что такое может случиться! — лепетала она, жадно обнимая руками.

— Вот видишь, — довольной своей победой, улыбнулся ей, — а ты переживала. Будешь послушной, хорошо себя вести, ещё не такое наслаждение испытаешь!

— Да, Серёженька, я буду самой послушной девочкой! — в глазах блестели огоньки счастья. — Сделаю всё, что скажешь!

— Кто ты? — неожиданно спросил.

Она сразу не поняла моего вопроса, удивлённо посмотрела, но мгновенно сообразила, что ответить:

— Если так хочешь, то я твоя шлюшка, Серёженька!

— И совершенно не стесняюсь этого! Никогда не думала, что такое может произойти со мной …

Скатившись на бок с неё, я лёг рядом.

— А кто оближет моего петушка?

Она с улыбкой посмотрела на поникший член покрытый спермой и её соками и, безропотно наклонившись к паху, с удовлетворением начала облизывать гениталии. Всё шло лучше, чем мог предположить!

— Теперь будешь спать со мной! — спокойно произнёс, с удовольствием наблюдая, как она вылизывает гениталии.

Тётушка подняла голову, улыбнулась и произнесла:

— Как скажешь, Серёженька …

— Я не хуже их? — издеваясь над ней тихо произнёс.

— Серёженька, ты что? Как может такое подумать? — вздрогнула она. — Стыдно признаться …, но ты самый лучший мужчина, которого когда-либо встречала …

— Мне кажется …, — произнесла она и опустила глаза, — в тебя начиная влюбляться …

— Да не влюбляться! — хохотнула она. — А влюбилась! Такого не испытывала никогда!

— Ты мне сразу понравился, и смотрела на тебя далеко не как на племянника …

— Даже представить не могла, что так получиться …, — глубоко сладострастно вздохнула Света.

— Милый мой Серёженька, я самая счастливая женщина на свете! — прижалась она ко мне.

— А сколько у тебя до меня было мужиков? — беззлобно спросил у неё.

Она похотливо хохотнула:

— У женщин такое не спрашиваю, но тебе скажу. Шесть, но не один не может сравниться с тобой! Ты самый лучший!

— Иди сюда …, любимая шлюшка, — удовлетворённо произнёс, и наши губы слились в страстном поцелуе.

Конец первой части